— Да я их сам слышал!
— Где это?
— Ну, там, за «Шоссе».
— А ты, что, был там?
— Ну, да. Делали вылазку недавно…
— Погоди-погоди! — сильно удивился охранник. — Так это ты что ли был там, когда у наших там какие-то тёрки с бандитами были? Говорят, там какие-то ценности и мотовоз Платона какие-то новички назад вернули?
— Да, — поморщился Веник, вспомнив погибших тогда людей: заместителя коменданта «Шоссе» и тех, кто был с ним. — Там долгая история…
— Ну… Ни фига себе! — охранник с ошалевшим лицом оглядел парней. — Я ведь слышал про тебя. У меня даже кореша были, когда тебя на «Ильича» привезли! Видели тебя мельком. Мы у нас, на «Свободе», спорили еще — я ведь думал, что эту историю руководство выдумало, чтобы, так сказать, боевой дух поднять у нас!
— Тебя как зовут? — спрашивал он, протягивая руку парню.
— Вениамин.
— А меня Паша! — охранник крепко пожал ему руку.
Слушая такие восторженные слова, Антоша, хоть и час назад и слышал вкратце историю Веника, но сейчас смотрел на него, широко раскрыв глаза, словно первый раз увидел.
— А сейчас-то ты, чего здесь делаешь-то? — спрашивал охранник. — Не думал, что здесь таких героев встречу.
— Да… — махнул рукой Веник. — Я в героях недолго ходил. Мои кореша потом с «Римской» мотовоз угнали, у них своя цель была, а я в Альянсе остался, ну, понравилось мне у вас. Думал я, что мне хорошо на «Ильича» будет. Ну, вот, как мои сбежали, меня крайним и сделали. Ни за что! Приговорили расстрелять, но из-за «заслуг» отправили на крайних баррикадах, которые за «Шоссе», дежурить, а я оттуда «ноги сделал». Сейчас вот опять тут. И они опять там решают, как со мной быть.
— Ну, дела… — удивленно пробормотал Паша, уважительно глядя на Веника.
Бросив взгляд на станцию, не идет ли кто, охранник сказал:
— Вообще, если честно, лажает наше руководство, по страшному! И давно это началось. Как Платон пропал, так херня и началась.
— Ну, спасибо тебе, мил человек, — усмехнулся дед Артур. — Открыл ты нам глаза. Не знали мы, что в руководстве у нас — дурак на дураке!
— Так я серьезно! Вот война эта — ну, зачем она нужна? Ладно, Диаметр. Они давно уже Кольцо к рукам прибрать хотят, но нам-то это зачем? Ну, отбили мы эти «Парки». А дальше? Что с ними делать-то? Кто тут жить будет?
— А, ладно! — перебил его старик. — Потом еще поговорим. А пока пойдем мы, а то Суханов опять разорется.
— Давайте, — кивнул Паша.
Старик и парни пошли прочь по тоннелю.
Когда миновали стрелку, старик включил фонарик.
— А что это за тележки нам нужны? — спросил его Антоша.
— Да черт их знает, — пожал плечами старик, внимательно смотря под ноги. — Смотрите ребятки, если там тяжело толкать, вы не надрывайтесь. Пускай народ присылают — а нам зря нечего жилы рвать. Нам силы еще понадобятся.
Веник же думал совсем не о тележках.
«Что, если попытаться на этом посту сделать ноги в сторону „Киевской“? — думал он. — Кто знает, что тут на мой счет решит Альянс. А так, может, удастся на какую станцию прибиться?»
— Слушай, Артурыч, — осторожно спросил он. — А что тут про «Киевскую» слышно? Что там за народ живет?
— Да я там не жил — не знаю, но слух идет, что у них там весьма неплохо. Но только мутные эти «Киевские»!
— В каком смысле? — немедленно поинтересовался Антоша.
— Там как — начал объяснять старик, — сразу три станции рядом и каждая «Киевской» называется.
— Как же так? — удивился бывший мусорщик.
— Каждая просто стоит на своей линии, вот и всё — тут такое и в других местах есть. Но главное для нас, что две из них — давно уже в Диаметр входят. А вот кольцевая, как бы сама по себе — отдельно от них.
— А почему Диаметр ее не захватит? — спросил Веник.
— Вот и мне непонятно, зачем это Диаметру надо, — хмыкнул старик. — Ведь всем давно ясно, они полностью под ними, а вот почему официально не входят — хрен его поймет!
Он взглянул на парня и вдруг остановился.
— Слушай, Вениамин — давай начистоту! Скажи честно — ты думаешь, как ноги отсюда сделать?
— Вообще-то да, — не стал скрываться Веник.
Старик вызывал у него только положительные чувства и парень решил, что чем он будет с ним откровеннее, тем быстрее они вместе смогут найти способ удрать из Альянса.
— Я ведь не знаю, что со мной будет, — объяснил он. — Может меня простят и даже по головке погладят, за то, что я вернулся. Но я, думаю, могут они меня и в атаку, под пулеметы Диаметра кинуть.
— Это у них запросто, — кивнул старик.
— И вот я думаю, что если нам сейчас попытаться на «Киевскую» рвануть? А? Может, можно как туда просочиться? Если у нас тут не сильно много охраны, то…