– Постой, – позвала я девочку, – а чье молоко? Коровье, козье или ещё какого животного?
Девочка хмыкнула и совсем уж странно улыбнулась.
– Скажешь тоже, коровье… У нас то и коровы никогда не было. Это у архов да, там и коровы, и козы, и лошади. Но нам-то их еду не дают. Нам и молоко не положено, пришлось на риск себе взять. Увидят, могут и казнить. Так что, пей.
– Спасибо, но ты не сказала, чье молоко-то?
– А чье оно ещё может быть? – усмехнулась девчушка, – Людское, конечно.
Я поперхнулась воздухом от такого ответа и посмотрела уже другим взглядом на стакан. Они что, доят кормящих женщин? Святые хранители, куда я попала?
– Ну чего кривишься? – удивилась малышка, – Знаешь, какое оно полезное? Столько сил даёт и магам, и архам.
– Забери, пожалуйста…
Закрыв рот рукой, я отодвинула стакан, борясь с тошнотой. Может она и говорила правду, но испытывать на себе чудесные способности напитка мне не хотелось.
– Тебе нужнее, я не хочу, спасибо. Если не сложно, принеси мне лучше обычной воды. Она здесь чистая? Пить можно?
– Странная ты, – прищурилась девочка, – да, пить можно. Хорошо, принесу.
Малышка забрала стакан и быстро выскочила из комнаты. А я не могла прийти в себя, от той информации, которая открылась мне сейчас. Сидела и щипала хлеб, отправляя в рот совсем маленькие кусочки. Как же сильно отличались наши миры, как же приходилось здесь выживать Зане… Я помню её страх перед драконами, я помню, как девушка боялась заговорить с оборотнями. Тогда меня это удивляло, все же оборотни не драконы, они меньше и не столь кровожадны. Но сейчас, я все поняла. В Карадоноре оборотни совсем другие, они остаются зверьми во всех своих формах, а те, кто воплощается в людей, всячески почитаются. Ведь двуипостасные в облике человека могут проникнуть в любую деревню или село, даже город, высмотреть тех, кто не достаточно поклоняется их власти и уничтожить изнутри. Они могут скрываться где угодно и от них ничего нельзя утаить. Да и обращение в зверя и обратно, само по себе, во всех мирах считается высшей животной магией, а если этот обращённый ещё и имеет магическую силу, то, в глазах обычных людей, его приравнивают к хранителям. От этого и дикий ужас Заны, и ее преклонение. Правильно говорят: не поймёшь, пока в чужой шкуре не поживешь. Если выживу и вернусь домой, сама, первое время, буду бояться каждого шороха, не то что оборотней и драконов.
В коридорах раздался неприятный визгливый женский голос:
– Лентяйки! Вы только и можете, что есть наши запасы! Почему в пятом загоне не убрано? А эти три, что, ещё никак не разродятся? Какой срок? Достаточно! Я сказала достаточно! Доставайте! У нас званый ужин, послы вскоре приедут, нужно, чтобы все было на высшем уровне. А это кто?
К моей комнате подошла высокая женщина с белыми, словно снег, волосами, только весь вид испортила брезгливая гримаса на ее лице.
– Магичка, – ответила знакомая брюнетка, – ее вчера маги привезли.
– А почему она не работает?
– Так метки ещё нет, – склонила голову девушка.
– И что? Ты хочешь сказать, что эта девка будет сидеть на наших хлебах, пока ей не поставят метку?
– Извините, – брюнетка склонилась ещё ниже, – это делается, чтобы она не сбежала.
Драконница, а теперь я была уверена, что это именно драконница, некрасиво громко засмеялась и еле выговорила:
– Да куда она денется из этого каменного мешка? А если даже ей, каким-то образом, все же удастся выбраться на поверхность, ты думаешь наша стража ее не схватит?
– Я не…, – заблеяла магиня.
– Ты смеешь сомневаться в воинах матери гнезда?! – рыкнула драконница и блеснула глазами.
– Нет, конечно нет, достопочтимая арха.
– То-то же! А теперь, быстро в загоны девку! Пусть приобщается к работе.
Женщина стремительно развернулась и стуча каблуками о каменный пол начала удалятся в темном коридоре. Я перевела взгляд на брюнетку, та лишь кусала губы, смотря вслед архе, потом вздрогнула и устремила взгляд на меня.
– Что ж, не скажу, что тебе повезло, но постарайся никуда не вляпаться.
Я не смогла увидеть, где именно располагался охранный артефакт, но примерно поняла в какой стороне его искать. Когда выйду из комнаты, смогу изучить то место намного лучше.
– Пошли за мной, покажу что делать.
Аккуратно слезла с кровати и двинулась за девушкой. Она шла достаточно быстро и, чтобы не потеряться в петляющих коридорах, пришлось держать ее шаг. Я бросила мимолётный взгляд на стену у комнаты в поисках артефакта, но ничего не смогла рассмотреть, надеюсь, что на обратном пути, все же у меня получится его увидеть.
Каменный проход вывел в огромный зал, поделённый на множество отсеков, загонов, как я поняла чуть позже. Стоило мне продвинутся вглубь и рассмотреть людей, хлеб встал комом посреди горла, а желчь из желудка начала собираться во рту.
Этих существ сложно было назвать людьми, пусть они и относились к такому виду. Одичавшие, прожившие всю жизнь в загоне, обросшие и голые, не умеющие говорить. От увиденного, на глаза стали наворачиваться слезы, а губы задрожали. Три беременные женщины лежали в одном отсеке на постеленной соломе, в углу стояла большая миска с водой и продольное деревянное корыто, видимо, для еды. Немного дальше мне в глаза бросился загон с детьми. Чумазые, они спокойно сидели, прислонившись к ограде, это так удивило. Я никогда не видела на столько спокойных детей, скорее всего, здесь тоже поработали маги, успокоили, чтобы по залу не разносились детские крики и плач.
Чтобы избавиться от нахлынувших чувств, я прошла ещё дальше и обомлела. На моих глазах, не обращая ни на кого внимание и ничего не стесняясь, совокуплялись мужчина и женщина. Хотя, правильнее было бы сказать, что совокуплялся больше мужчина, женщина же, спокойно лежала, не двигаясь и не издавая никаких звуков. К щекам тут же прилила краска, и я отвернулась. Ранее, когда писала работу о скрещивании и популяции некоторых видов животных, мне доводилось видеть процесс их спаривания, но и тогда от этого зрелища я испытывала стыд, сейчас же… мир в голове словно перевернулся, убивая все рамки дозволенного и нормы приличия.