– Тара, это малость, ее можно перетерпеть, если это спасет тебе жизнь, я прав?
– Возможно, – буркнула я, – но моя натура и воспитание никак не давали согласиться на такое.
– Я никому не скажу, – водник положил руки себе на грудь, – сам буду смеяться, а другим не позволю, хорошо?
Здравый смысл был в его словах, но воспитание… оно так глубоко засело, что даже представить то, что описывал Мурэн, смущение не позволяло. Но он был прав, от пола сейчас зависела моя жизнь, стоит ли в такой ситуации вспоминать о приличиях и манерах поведения?
– Ладно, где мы возьмём одежду? – нехотя согласилась.
– Придется вернутся туда, где меня держали и в лекарскую аккуратно заглянуть, за перевязочными валиками.
– Это очень рискованно.
– А что делать? Придётся идти.
Потом Мурэн задумался и как-то странно на меня посмотрел:
– Я помню, что ты меня спасла и только поэтому это сделаю.
– Что сделаешь? – не поняла я.
– Заходи обратно в комнату и делай вид, что ничего не происходило, я схожу туда один, все достану и принесу тебе. Потом уже двинемся в ту сторону, куда нам нужно.
– А если тебе заметят? – испугалась за парня. Такого отверженного поступка от него я не ожидала.
– Ничего, усыплю с помощью магии, я же водник.
Хмыкнув, я все же зашла обратно и заметила, как Мурэн закрыл проход. Парень с такой скоростью бросился вглубь коридора, что я обрадовалась его не стандартным предпочтениям, ведь если бы он был обычным, то не стремился бы сбежать так быстро и не вытаскивал бы меня. Все же, служить во дворце многим показалось бы отличной работой.
Чтобы не вызывать подозрений, села снова за шитье. От волнения, игла так и норовила уколоть ещё больнее. Время шло, а Мурэн так и не возвращался. Я уже искусала всю губу, приходили мысли, о возможной поимке парня или о смене его планов. Время близилось к вечеру, магини скоро должны были вернуться в комнату, от переживаний я вскочила и, уже никого не опасаясь, начала ходить из стороны в сторону, забыв о всякой работе.
Вдалеке послышались тихие шаги, я встрепенулась, но тут же насторожилась, готовясь к худшему.
– Тара, давай, быстро выходи, – зашептал Мурэн, а я выдохнула.
Подхватив подол платья, шагнула прямо в руки водника и он тут же утянул меня в сторону.
– А мы куда? – шептала я в ухо парня, разглядывая ворох одежды в его руках.
– Здесь я видел темную нишу, там и переоденемся. Прости, что задержался, не хотел привлекать лишнего внимания, пришлось выжидать подходящего момента. Одна вольница все никак не хо ела выходить из лекарской.
– Главное, что пришел, – буркнула под нос, но парень услышал.
– Серьезно? – хмыкнул Мурэн, – ты думала, что я решил тебя оставить?
– Были такие мысли, чего скрывать.
– Я, конечно, сильный водник и, сам по себе, обворожительный мужчина, но в паре с тобой, все же, лучше справляться с трудностями.
Усмехнулась от такой похвалы, но камень с души упал, все же, где-то глубоко, меня не покидала мысль об одиноком беге этого водника.
– Вот она, – шикнул Мурэн и затянул меня в темную нишу, – здесь нас никто не увидит, переодевайся.
Ворох одежды упал на пол, из него водник вытянул штаны и протянул мне. Отошла так далеко, как могла и, отвернувшись, начала натягивать штанины, не снимая юбки. Штаны были почти в пору, свисали в некоторых местах, но так выходило даже естественней и спасительней для моего стыда, я бы не справилась со своим смущением, если бы знала, что каждый в замке любуется на мою пятую точку, обтянутую тонким материалом.
– Прекрасно, – кивнул Мурэн, – а теперь тебя нужно обмотать. Снимай платье.
Прижав руки к груди, я вжалась в холодную стену.
– Ну ты чего? – удивлённо вскинул бровь парень, – меня твои прелести совсем не волнуют. Давай скорее, мы теряем время.
Я все понимала: и то, что время теряем, и то, что девушки не привлекают этого парня, но воспитание и нормы приличия… да мои нормы! Хранитель, как же справиться с этим? Видимо, Мурэн думал примерно о том же, потому что глубоко выдохнув, предложил:
– Ну давай, я закрою глаза и буду подставлять валики и ткань, а ты сама прокрутишься на месте? Так тебя устроит, о благородная дева?
Сарказм так и лился из уст этого… водника. И даже такое его предложение было неприличным, но мне все же пришлось согласиться. Дождавшись, пока парень закроет глаза, я сняла с себя платье, не забыв вытащить полюбившуюся лошадку, аккуратно приспособила ее около вороха одежды. Подошла чуть ближе к Мурэну и спросила:
– Про какие валики ты говорил и зачем они?
– Вот, – парень достал скрученные бинты и тряпицы из лекарской, – ими мы будем создавать тебе рельеф мужского тела, уж сильно ты похожа на женщину.