Повисев у владыки на шее в своё удовольствие, я решила, что совесть у меня всё-таки есть. Да и голова прояснялась. Но стоило опустить руки, как на мою талию осторожно легли его тёплые ладони. И вот тут уже окончательно стало неловко…
В ухо с жаром прошептали моё имя, но на языке драккери:
— Drack–Hassi…
Он называл меня истинным именем только во сне, или чтобы позвать. Но сейчас от этих звуков по спине побежали мурашки!
— Не надо меня так называть, — я мягко высвободилась из его рук.
— Но это твоё имя… — Он недоуменно посмотрел на меня, скрестив руки на груди.
— Ты произносишь его как-то слишком… интимно. Либо применяешь магию.
— Кати, ты меня боишься?
Боюсь ли я? Сложно сказать. Нэл стал мне наставником, и я привыкла к нему такому. Он всегда строго следил, чтобы я занималась, проверял задания, отчитывал, если плохо старалась, тренировал, учил применять знания на практике. За несколько месяцев регулярного общения я привязалась к нему, доверяя абсолютно во всём. Знала, что он поворчит, отругает или поиронизирует. Но всегда поддержит и поможет. А сейчас что-то менялось, рушилось. И не только с его стороны. И вот это пугало.
— Ты сейчас совсем другой.
— Почему ты обняла меня?
Я закусила губу и пытливо заглянула в его глаза:
— Разве ты сам не понимаешь? Мне раньше не приходилось тебе объяснять, что происходит в моей голове!
— А я хочу услышать это от тебя. Так почему?
Ощущение неловкости возрастало с каждой минутой.
— Мне показалось, тебе это нужно. Я захотела… Прости, не знаю, что на меня нашло. Прости…
Я стояла и рассматривала красивые узоры на полу, мысленно ругая себя за несдержанность.
Один шаг... и я попала в кольцо объятий. Он прижал меня к себе и слегка раскачивал из стороны в сторону, словно баюкал. Я почувствовала, как он целует мои волосы, и как они каскадом падают на мои плечи — кажется, он вытащил гребень.
— Эрл Теор Коин… Мне пора!
— Побудь со мной…
— Мне лучше уйти, правда…
— Почему? Тебе это неприятно? — На мою щёку ласково легла его ладонь.
Наши лица были так близко, мы разговариваем шёпотом, словно кто–то услышит. Но так получается. Я стараюсь держать дистанцию, но его руки лишь крепче обосновались на спине, медленно сокращая с таким трудом отвоёванное мной расстояние между нами.
— Это неправильно, Нэл… Я жду Жа…
Он не даёт мне договорить, кого я жду. Словно боится услышать. И его рука со щеки быстро скользит на затылок, зарываясь пальцами в волосы и не давая отстраниться, а губы запечатывает оглушающий, властный поцелуй. От неожиданности я даже не успела воспротивиться его стремительному проникновению в мой рот, а сделал он это более чем умело. Несколько мгновений я находилась в каком-то оцепенении. Просто не могла пошевелиться. Постепенно его поцелуй стал менее напористым и более нежным.
О, Родан, да он отлично целуется! В его касаниях была буря страсти и нежности, и кто бы мог подумать, что холодный и грозный владыка может выделывать такие вещи языком и губами? Он ласково дразнил, заманивал, не давая опомниться… Я говорила, что протрезвела? Это была несусветная ложь! Боги, да я откровенно растаяла, к своему стыду! Вот только… Образ темноволосого красавца с серо-голубыми глазами неожиданно всплыл в памяти, словно укор.
И сказка разом кончилась. Мне стало стыдно. Я сжала губы и упёрлась руками в грудь правителя, пытаясь оттолкнуть, отвернуться! Если каких-то пару минут назад в моей голове носились запредельные мысли о том, что владыка бывает очень красив, нежен и невероятно обольстителен, то сейчас мне хотелось провалиться сквозь землю! Я же ясно дала понять, что не хочу от него ничего, и что вообще жду другого мужчину, — его друга, между прочим! Меня заколотило от злости, что с моими чувствами не желают считаться.
Словно кошка, я вывернулась из сладкого плена владыки Актариона. Он тут же попытался вернуть меня, горя затуманенным взглядом и дыша через рот, но…
Звонкий шлепок нарушил ночную тишину. Я была в ужасе от того, что сейчас сделала… Его глаза загорелись светло–голубым — частичная боевая ипостась или просто гнев.