При последних словах на лице Беллы отразилось неверие и, кажется, тревога.
— Эх, друг Карлайл, ты стал слишком много от меня скрывать, — обращаясь скорее к самому себе, проговорил Аро.
Затем он встрепенулся, словно что-то вспомнил:
— И еще кое-что. Ангелица нужна мне живой.
— Какого черта, Аро? — гневно выпалил Кайус.
— Право, не слишком ли опрометчиво оставлять ее в живых? Она ведь чертовски опасна, — подал голос до этого хранивший молчание Маркус, в то время как Кайус громко фыркнул.
— Я уверен, что Сал справится, и она не доставит нам больших хлопот. Хотелось бы изучить этот в высшей степени интересный экземпляр прежде, чем решить, что с ней делать.
— Только не говори, брат, что она тоже может нам пригодиться, — зло ввернул Кайус.
— Хороший правитель трезво и без лишних эмоций оценивает все выгоды и риски любой ситуации и сполна использует открывающиеся перед ним новые возможности, — назидательно изрек Аро.
В этот момент кочевник открыл было рот, чтобы задать вопрос, но Аро не дал ему ничего сказать, только сухо бросил:
— Решение насчет тебя будет принято после завершения миссии.
Тому ничего не оставалось, как только смириться с решением властителя Вольтерры.
— Bene, allora… è ora di colazione 8, — как ни в чем не бывало весело проговорил Аро и хлопнул в ладоши.
***
До отъезда был еще час на сборы, и мы с Беллой направились в наши покои, чтобы освежиться и переодеться. Всю дорогу Белла была молчалива и казалась растерянной, ее мысли витали где-то далеко. Я не осмеливался спросить, о чем она думает, потому что догадывался, о чем именно, но не хотел говорить на эту тему, ведь все равно ничего тут не поделать. Я лишь удивился тому, что витиеватые слова Аро ее ничуть не ввели в заблуждение и она сразу уловила их суть. Хотя приказ Аро был двусмысленным, но мы прекрасно знали, что означает эта двусмысленность и как она переводится: «нам не нужны» в данном контексте означало не что иное, как «уничтожить». Мне, если честно, было все равно, я не собирался оспаривать приказы Аро, я всегда четко исполнял порученные мне задания. Правда, у меня не было личных претензий и ненависти к Калленам (если только не считать их невольное предательство по отношению к Белле), но и сожалеть о них я бы не стал. Но несмотря на то, что Каллены так сильно ее обидели и предали, Белла не была по-настоящему мстительной, как многие вампиры, оказавшиеся в похожей ситуации, у которых эта эмоция приобретала гипертрофированные формы. В ней оставалось еще слишком много человеческого. Обретя равновесие и счастье, она почти позабыла о мести. Я видел, что мысль об уничтожении ее прежней семьи Белле неприятна. Но я не мог ей обещать, что этого не случится. Если Каллены ввяжутся в противостояние с Вольтури на стороне этих демонов в обличье ангелов, эта война будет не на жизнь, а на смерть.
— Скажи мне что это не так, что Аро не приказывал уничтожить остальных? — наконец, спросила Белла.
Я ждал этого вопроса. Какой смысл лгать ей? Все равно она будет присутствовать при этом.
— Именно это он и сделал.
Она нервно прикусила нижнюю губу.
— Они не заслужили этого… ну, может быть, некоторые из них, но точно не Карлайл с Эсми, — тихо сказала Белла.
— Почему Лоран их предал, он же был с Ириной? — спустя какое-то время снова проговорила она. — Хотя, наверное, ничего удивительного, точно так же он еще раньше переметнулся от Джеймса и Виктории к Денали.
Я вздохнул, не зная, что сказать на ее первое замечание. С Вольтури шутки плохи. Что еще тут скажешь? Что касается Лорана, то его мотивы были мне ясны как божий день.
— Думаю, его тщеславие перевесило его привязанность к женщине. Этот кочевник всегда мечтал присоединиться к Вольтури, потому что всегда стремится к более высокому положению в обществе. Но Аро однажды уже отклонил его просьбу, сочтя его ненадежным, поскольку он путался какое-то время с румынским кланом. Теперь, сообщив эту важную для нас информацию, он надеется заслужить место в клане.
— Гнида, — прошипела Белла.
На некоторое время между нами снова повисло молчание.
— Почему Аро решил отправить меня с вами, я ведь все равно бесполезна против способностей Айрин? — вдруг спросила Белла. — Единственное, от чего я вас смогу защитить, так это от телепатических способностей Эдварда.