Наконец подавив приступ тошноты, я убрала с мокрого от пота лба прядь волос и снова медленно приподнялась на кровати, и тут к своему удивлению заметила, что на мне надета лишь тонкая ночная сорочка с кружевами. Я помнила, как вампир сорвал с меня почти всю одежду и как кожу оголенной спины жгло от его ледяных и мерзких как змеиное жало прикосновений. Кто-то перенес меня сюда и одел. Не успела я задаться вопросом о том, кто же это был, как дверь приоткрылась, и в комнату медленно вошел синеглазый дампир. Я смутилась, начиная понимать, что это, возможно, был он.
— Наконец-то проснулась, спящая красавица, — сказал Сал и приветливо улыбнулся.
— Что произошло? Как я здесь очутилась?
— Ты отключилась, я принес тебя сюда.
— Сколько я проспала?
— Чуть больше суток, — ответил Сал.
Боже, опять эти отключки, с тревогой подумала я.
— Ты помнишь, что произошло до этого? — спросил он.
Я поморщилась от неприятных воспоминаний.
— Значит, помнишь, — проговорил он и тихо добавил: — Советую забыть.
— Забыть? — возмутилась я. — Да как ты смеешь такое говорить! Это было так мерзко… и подло… Так вот какие опыты вы собирались надо мной проводить?.. Твари, вот вы кто… жалкие твари… Лучше бы уж сразу убили… ненавижу… ваше место в аду…
Кажется, впервые я обратилась к нему на «ты» и не выбирала выражений. Но он выслушал меня молча, не перебивая и не пытаясь приблизиться ко мне. И лишь когда, излив на него весь свой гнев и ненависть, я истратила последние силы и тихо заплакала, он наконец подошел вплотную к кровати и присел на край рядом со мной. Я вздрогнула, но он успокаивающим жестом положил ладонь мне на руку. Я не была большой охотницей до чужих прикосновений и уже готова была отдернуть свою руку, но от его руки шли тепло и покой.
— Не бойся, я тебя не трону, — тихо сказал он.
Я вытерла катившиеся по щекам слезы и подняла на него взгляд. В бездонной синеве его глаз читалась искренность.
— Послушай, — с сочувствием в голосе сказал он, — я знаю, это мерзко и отвратительно. Но он не успел ничего с тобой сделать, я пришел вовремя. Так что просто забудь, так будет лучше.
Говоря это, Сал смотрел мне прямо в глаза, и я видела в синих озерах его глаз сочувствие, оно было искренним. А когда он говорил о седовласом, в его голосе звучали неприкрытый гнев и презрение.
Теперь я знала, что вампир не успел меня изнасиловать, но я все равно ощущала себя грязной, оскверненной его мерзкими прикосновениями. Мысль о том, что дампир помешал насильнику довести свое грязное дело до конца, наполнила меня благодарностью к нему. Но в то же время мне было неприятно от того, что Сал нашел меня в униженном состоянии, нагой и поверженной.
— Спасибо тебе, — прошептала я, испытывая сильное смущение. — Но я не могу забыть… а если он снова придет…
— Не придет, — отрезал Сал. — Я обещаю.
И тон, с которым он это произнес, заставил меня поверить ему на слово.
— И еще, я хочу, чтобы ты знала, — уже мягче сказал он. — мы не собираемся проводить на тебе опыты, я лишь буду наблюдать за твоим здоровьем.
— За моим здоровьем?
Его слова меня сильно удивили.
— Но зачем?
И тут меня снова замутило, я зажала рот рукой, сдерживая рвотные позывы.
Меня била мелкая дрожь. Я откинулась на постель.
— Что со мной? — еле выдавила я из себя.
— Ничего страшного, просто усталость и голод. Чем ты питаешься?
— Мясом и кровью.
— Человеческой?
— Нет, животной. Человеческая мне неприятна.
— Понимаю. Каких животных предпочитаешь?
— Хищных птиц: филинов, беркутов, соколов.
— А мясо в каком виде?
— Чуть поджаренным, люблю стейки.
— Стейки — это восхитительно, их сложно не любить, — он улыбнулся.
«У нас с ним, кажется, схожие вкусы по части еды», — подумала я, невольно улыбнувшись ему в ответ.
— Хорошо. Через полчаса я вернусь и принесу тебе поесть, чтобы набраться сил, — сказал он и направился к двери.