– Ах, как просто! – шёпотом воскликнула Берта. – Чего же мы тогда раньше не свалили?
– Потому что на площадках не было такого количества лундр, – отозвалась Ольга. – Но теперь хотя бы одну, но мы сможем позаимствовать. Я на прошлой неделе в одной из секций кое-что почитала об этих штуках и, кажется, разобралась, как ими управлять. Мне хотелось глубже изучить вопрос, но… теперь времени нет.
Часы показывали два, и мы тихо собрали скудную еду и вещи. Ольга предложила разделиться на три группы, чтобы бегло осмотреть взлётные площадки, но никто не был уверен, что нам удастся хотя бы из школы выбраться.
– С тобой пойду, – сразу сказала мне Берта. – Ты вроде ловкая, раз по тем балконам карабкалась.
Я кивнула.
– И я даже знаю, как нам добраться до боковой улицы. Там удобные для спуска карнизы, а, даже если навернёмся, упадём сначала в густые кусты.
– Вот и отлично. Идёмте. Если поймают, скажем, что тренировали магию!
– Глупо, но другого варианта нет, – кивнула Даша.
Мы попрощались, и, выскользнув из комнаты, разбрелись по разным направлениям. У меня было дурное предчувствие, от которого неприятно ныл живот. Обычно такое чувство появлялось перед важным зачётом, но сейчас в случае неудачи никто бы не отправил нас на пересдачу.
Берта оказалась сильной и достаточно гибкой, чтобы мы смогли просочиться меж двух смежных зданий.
– Ещё немного, – одними губами сказала она, как вдруг откуда-то сзади донёсся резкий окрик:
– Кто это там?!
Мы замерли в тени здания.
– Думаете, я вас не вижу? Притаились, голубки!
У меня дрожали пальцы, но я решила до последнего не шевелиться, надеясь на спасительный сумрак. Берта тоже молчала, и мы испытали невероятное облегчение, когда раздался с балкона смех, а потом голоса парня и девушки – судя по всему, ученицы. Кажется, кто-то уже успел закрутить здесь роман.
Нижняя улица была слабо освещена, и завершалась обрывом. От неё нам предстояло долго подниматься наверх, к южной небольшой площадке, но везение так и осталось в тени школьных стен. И первой обнаружили Берту, которая двигалась по противоположной стороне, вдоль деревьев.
– Куда это ты собралась, раппи? – с удивлением сказал мужчина. – В школе для всех послушных девочек сейчас тихий час.
Берта сориентировалась быстро.
– А кто сказал, что я послушная? – промурлыкала она. – Да и гулять нам не запрещают! Мне просто захотелось увидеть магию ночного города за пределами школы.
Мужчина шагнул ближе. Уже хорошо, что он не был стражником, и, пока они вели задушевную беседу, девушка делала мне знаки двигаться дальше. Пришлось в итоге подчиниться, и я успешно добралась до сада на среднем уровне, откуда можно было разглядеть площадку.
– Сбежать решила?
Меня схватили сзади за шею, но я среагировала мгновенно и вырвалась, чтобы затем врезать мужчине между ног. И, пока он приходил в себя, побежала вперёд, уже понимая, что наша затея провалилась. А что, если воспользоваться последним, крайним вариантом?..
Меня, хотя и не видели теперь, но преследовали упорно, и уже несколько человек, а потому я не побежала к лундре. Было дело: мы с подругой и её родителями отдыхали на море, и взбрело нам в голову сигануть в воду со скалы. Уж если тогда я жива осталась, может, стоило попытаться спрыгнуть и сейчас?
Но высота здесь была в два раза больше. Я поняла это, когда забралась на внешнюю стену и посмотрела вниз. Голоса за спиной крепли, становились громче, и страх мой стал нестерпимо колючим. Если схватят – что они сделают? Наверняка проведут ритуал по отъёму памяти жёстче, чем другим, только и всего. Но я не хотела отдавать воспоминания. Нечто внутри подначивало: прыгай! И, когда заполыхали на ближней улице цветные кристаллы, я, пока никто увидеть не успел, оттолкнулась от края и рухнула ногами вниз в бесконечное тёмно-лазурное пространство…
Глава 8
– Что упало в озеро – то моё! – сказал голос прямо надо мной.
– Её нашёл мой зверь, стало быть, девчонка – моя!
– Ещё чего! В кои-то веки целая, так просто ты её не получишь!
– Сыграем?
– Давай.
Кажется, они отошли, а я ощутила пробирающий холод и грязь, забившуюся под ногти. Одежда была мокрой, а я – целой. Ну, почти, потому что в ушах при легком повороте головы начало звенеть. Наверняка дома у меня уже диагностировали бы лёгкое сотрясение или что похуже... Но я должна была продолжать бороться.
Нельзя было просто вскочить и побежать, но и наблюдать получалось плохо: всё лицо у меня было покрыто тиной и какими-то мелкими ракушками, которые к тому же прилипли к ресницам. А мужчины, не потрудившись меня даже привязать, в стороне, у пня, уже азартно играли в какие-то жетоны.