Водитель сидел ни жив, ни мертв. На дороге показался экипаж сопровождения, который вез вещи Иво, и притормозил: не нужна ли помощь? Иво нетерпеливо махнул рукой – проезжай, мол, - и экипаж вскоре скрылся в лесу.
Агна по-прежнему не оборачивалась. Иво вдруг захотелось подойти к ней, взять за подбородок и заставить посмотреть себе в глаза. Гордая девчонка, несчастная девчонка…
- Я тогда очень спешил, - устало признался он. – Времени почти не осталось.
Агна усмехнулась.
- Даже на то, чтоб сказать: «Агна, помоги мне, пожалуйста»?
Иво провел ладонью по голове. Она, конечно, была права.
- Да, я думал только о себе, - признался Иво. Видит Бог, эта девушка святого доведет до белого каления. Агна усмехнулась и обернулась к нему. В ее глазах теперь не было ничего, кроме злости. Иво чувствовал, что все летит к дьяволу, и не понимал, как же события раскрутились настолько быстро.
- Это заметно, господин Беренгар, - кивнула Агна. – Мне делать нечего, я ваша рабыня. Я вынуждена вам подчиняться. А вы… - она сделала паузу, подбирая нужное слово. – А вы негодяй. Вот и все.
Солнце наполовину утекло за гребень леса. А потом эти земли накроет белая ночь – туманная, сказочная, какая-то хрустальная. Иво обошел экипаж – должно быть, выражение его лица действительно было ужасным, Агна шарахнулась было в сторону, но он успел схватить ее за руку. Некоторое время Иво не слышал ничего, кроме сбивчивого дыхания девушки, и не видел ничего, кроме ее распахнутых глаз, наполненных ужасом.
Он не соврал, отвечая на вопрос Магды. Агна действительно была красива.
- Иди, - негромко сказал Иво и протянул руку к ее шее. Повинуясь приказу хозяина, темная лента развязалась и легла в его ладонь. Конечно, на коже Агны не осталось никаких следов, но Иво виделась огненная цепь, по-прежнему лежавшая на девичьей шее.
- Иди, - со злостью повторил он, скомкал ленту и выпустил руку Агны. – Иди, куда хочешь.
Девушка нахмурилась, не понимая, о чем он говорит.
- Что… - прошептала Агна, и Иво рявкнул:
- Иди! Вольную даю! Вешайся, вон целый лес с деревьями. Что хочешь, то и делай, только скройся с глаз!
Он привалился к экипажу, зажмурился, сжал переносицу. Дьявольщина, почему же ему так тошно-то сейчас, словно ребенка ударил… Агна шмыгнула носом, вдруг став совсем юной и слабой, решительно вскинула голову и сказала:
- Прощайте, господин Беренгар.
В следующую минуту она уже решительно шла по дороге в сторону леса. Две мили – вот и Куоларве, не заблудишься. Иво провел ладонью по лицу, снова зажмурился. Кажется, еще никогда в жизни он не чувствовал себя настолько погано, словно в паутину попал. Чем больше бьешься, тем сильнее запутываешься, тем гаже прикосновение липких нитей.
- Господин феникс, - осмелился подать голос водитель. – Что ж, так и уйдет? В лес?
- Что не так? – устало спросил Иво. Если жизнь полетела к дьяволу, то тут ничего уже не поделать. Стой на обочине да смотри.
- Девчонка ведь, - с искренним сочувствием сказал водитель. – А там медведи могут быть. Ну и север же… всяко еще и похуже медведей. И дело к ночи.
Иво хотел было сказать, что будет ей наука, этой гордой и несчастной Агне. В следующий раз станет думать, что и кому говорит.
- Подождем четверть часа, - сказал он. – И поедем. Не заблудится за это время.
Глава 8. "Лось, куда бежишь?"
Нервный запал, охвативший Агну, иссяк почти сразу же после того, как дорога нырнула в лес. Некоторое время Агна шла, выравнивая дыхание, а затем обернулась и поняла, что экипаж и феникс исчезли из виду.
Дорога шла среди сосен – их подсвеченные солнцем стволы казались облитыми темным золотом. Лес был полон жизни. Среди ветвей заливались пением птахи, вот по обочине, деловито фыркая, прошел большой еж, по россыпи мелких белых цветов ползали пчелы. Лес был удивительно хорош, но Агна не обольщалась его нарочитой спокойной прелестью. Когда-то давным-давно она с отцом ходила по таким же лесам, и отец, помнится, говорил: иногда лес человеку друг, но чаще – враг.
Идти по дороге в одиночку было настоящей глупостью, и Агна не собиралась ее совершать. Фениксу деваться некуда – скоро самобеглый экипаж поедет этой же дорогой, и возможно, у господина Беренгара хватит совести подобрать Агну и довезти до поселка. Ведь не бросит же он ее в лесу? Или бросит? Агна представила, как экипаж проезжает мимо, и ее пробрало холодком. Это в столице весна почти утекла в лето – здесь, в краях болот и ручьев, царила и правила свежая прохлада. Агна поежилась, посмотрела по сторонам. Пожалуй, она сядет вон на тот валун и подождет экипаж. А там видно будет.