Камень оказался теплым – Агну это не удивило, почему-то в этих краях так случалось. Она погладила камень по серому боку и обнаружила едва заметный, стершийся от времени глиф – рисунок, изображавший лося. Сколько таких камней и рисунков они нашли с отцом в те времена, когда он был ученым-энтузиастом, а она – его спутницей, искренне влюбленной в этот мир и все, что его наполняет…
Все изменилось. Все стало совсем другим. Только лось закинул на спину корону рогов и бежит своей дорогой, и будет бежать вечно… Агна села на камень и вдруг вспомнила песенку-речитатив, которую записал отец в одной из деревушек:
Лось, куда бежишь? В овраг бегу.
Зачем в овраг? Камень бить.
Зачем бить? Огня добыть.
Зачем огня? Твои следы подпалить.
Песню пела старая знахарка, которую привели вылечить ребенка от испуга. Запалив веничек из трав, она принялась монотонно распевать унылые строчки, изредка похлопывая ребенка по пяткам. Странное дело: Агна была уверена, что не помнит об этом – и вдруг в памяти всплыл и покосившийся домишко, и ребенок, завороженный пестрыми лохмотьями старухи, и потрепанный блокнот, над которым порхал карандаш отца.
В кустах поодаль снова зафыркали: должно быть, ежу не нравилось, что Агна сидит на камне. Обернувшись, она вдруг поняла, что лес изменился. Вроде бы все было по-прежнему: золотистая охра стволов, тонкий запах хвои и ручьев, мелодичное жужжание пчел – и в то же время Агне казалось, что между ней и лесом возникла едва заметная преграда, словно кто-то опустил невидимую завесу, что отсекла незваную гостью от мира.
Агна протерла глаза. Возможно, она просто устала, и ей мерещится. Возможно, следует подняться с камня и пойти навстречу экипажу Иво – а там признать, что она была неправа, что рабыне следует быть молчаливой и покорной. Впрочем, он же дал ей вольную… Агна дотронулась до головы: виски медленно наливались болью, а затылок тянуло.
- Иногда лес твой друг, - звонко и отчетливо сказал голос отца откуда-то справа. – Но чаще всего он враг. Особенно если ты идешь тропой Короля-Лося.
Агна ахнула, тряхнула головой и увидела, что уже не сидит на камне – она медленно брела среди сосен по едва заметной тропинке. Агна почти перестала осознавать себя: ей казалось, что кто-то могущественный завладел ее телом, смотрит ее глазами и идет ее ногами. Вот маленький, но сердитый ручеек, вот мостик – Агна осторожно перешла по нему, и стайка птичек над головой защебетала:
Лось, что ищешь? Холм ищу.
Зачем холм? Железо отрыть.
Зачем железо? Нож отлить.
Зачем нож? Крови добыть.
Тропинка становилась все тоньше, а лес – все глуше. Прежде стройные стволы сосен искривлялись, с ветвей неопрятными бородами свисал седой лишайник, а свет незакатного солнца мерк, погружая мир в тоскливые сумерки. Агна ткнулась коленями в землю и, почти теряя зрение, увидела на ближайшем стволе глиф лося, такой же, как и на камне.
Лось, куда бежишь…
- А ну! – рявкнул кто-то, и Агна почувствовала, как невидимые путы слабеют. Лес вдруг стал настолько ярким, что сделалось больно глазам. Проморгавшись, Агна увидела, что чуть поодаль стоит человек.
- Пшел! – крикнул он и швырнул камешек куда-то за спину Агны. Кто-то жалобно завыл, бросился прочь, прорубаясь сквозь заросли; Агна не осмелилась посмотреть ему вслед.
Незнакомец был огненно-рыжим, и, всмотревшись в его лицо, Агна растерянно подумала, что это самый красивый мужчина, которого ей когда-либо приходилось видеть. Открытый взгляд светло-зеленых глаз, горделиво-ровная осанка, мягкая улыбка – Агне понравилось все. Подкачал лишь рост: джентльмен едва доставал бы ей до переносицы. И это действительно был джентльмен: в покрое его одежды чувствовался столичный лоск, пусть он уже и начинал таять, уступая место определенной провинциальности.
- Как вы сюда попали, сударыня? – слегка поклонившись, незнакомец подошел к Агне и, пристально заглянув ей в глаза, полез в свою сумку, переброшенную через плечо.
- Я… - Агна вдруг поняла, что не знает, что сказать. – Я потерялась.
- Это видно, - улыбнулся незнакомец и, вынув два крошечных, остро пахнущих шарика, молниеносными движениями вкрутил их Агне в ноздри – она и ахнуть не успела. – Вот, дышите глубже. Сейчас полегчает.
Он оказался прав: почти сразу же дурманящий туман в голове растаял. Агна растерянно посмотрела по сторонам – да как же ее сюда занесло!