— Если там кто-нибудь есть, передайте, пожалуйста, что мне нужно поговорить с Андерсом. Мне нужно срочно с ним поговорить. Я… — Он замолчал и снова посмотрел на дверь, прежде чем понизить голос и продолжить почти шепотом. — Я должен сказать ему кое-что, что может решить исход миром или следующей великой битвой.
Андерс почувствовал себя так, словно его ударили по голове. Хейн хотел сказать ему что-то, что может решить исход войной или миром?
Ему всегда нравился большой волк, Хейн был добр в первый день превращения Андерса, и он был добр, когда Андерс и Лисабет пришли за информацией. Но они не были друзьями.
Андерс лихорадочно пытался принять правильное решение. Он должен был посоветоваться с остальными, прежде чем выдать себя, так как это никогда не входило в план… они только согласились помочь ему шпионить. Установление контакта с волками могло оказаться большим, чем любой из драконов был готов сделать.
Но он может больше сюда не вернуться, а если и вернется, то нет никакой гарантии, что Хейн окажется в кабинете.
Он должен использовать свой шанс, пока он у него есть. И когда он принял решение, Лисабет молча сжала его руку. Он надеялся, что это означает — «Ты должны что-то сказать» — потому что он собирался.
— Хейн? — Его голос прозвучал почти как писк, он откашлялся и попробовал снова. — Хейн, это Андерс.
Хейн уже наполовину отвернулся, но тут же обернулся, не сводя глаз с зеркала.
— Андерс? — В его голосе звучало нечто среднее между страхом и надеждой. — С тобой все в порядке? Кто там еще?
Андерс почувствовал какое-то движение рядом с собой, и Тео повернул циферблат фонаря, пока тот не начал тускло светиться, а заключенная в нем сущность не усилила его мягкое свечение.
— Лисабет, — сказал Андерс. — А это наш друг Тео.
— Привет, Хейн, — тихо сказала Лисабет, а Тео приветственно поднял руку.
— Стая и лапы, я так волновался, что вы мертвы, — выдохнул Хейн, протягивая руки, чтобы ухватиться за обе стороны зеркала. — Андерс, мне нужно увидеться с тобой как можно скорее. У тебя есть какой-нибудь способ добраться до Холбарда?
Глаза Андерса расширились. Им было запрещено покидать Дрекхельм, не говоря уже о том, чтобы вальсировать в волчью крепость.
— Я… я так не думаю, — сказал он.
— Вы пленники?
— Не совсем, — ответил Андерс. — Но волки не хотят, чтобы мы были в Холбарде, не так ли? Сигрид, должно быть, очень рассердилась.
— Сигрид злится, — признал Хейн, бросив извиняющийся взгляд на Лисабет. — Но она, конечно, волнуется.
— Достаточно волнуется, чтобы простить нас, если мы вернемся домой? — настаивала Лисабет.
Ответ был написан на лице Хейна, и через мгновение он медленно покачал головой.
— Расскажи мне, — тихо попросил он. — Ты намеренно пытался причинить вред своим одноклассникам? Или Эннар?
— Нет! — Ответ Андерса пришел быстро, вырвавшись из него. — Мы не хотели, но они напали на драконов. Это было бы началом следующей великой битвы, если бы они убили одного. Мы даже не предполагали, что они последуют за нами, Хейн.
Хейн кивнул.
— Мы с Эннар тоже так думали, — сказал он, к удивлению Андерса. — Хотя она все еще менее снисходительна, чем я. — он сделал паузу, а затем продолжил. — Эннар сказала, что ты утверждаешь, будто один из драконов — твоя сестра, Андерс.
Андерс медленно кивнул.
— Так и есть.
Хейн не выглядел удивленным, что было странно. Просто взволнованным.
— Андерс, я должен поговорить с тобой, — повторил он. — И твоей сестрой. Есть ли какой-нибудь способ добраться сюда? Я имею в виду, когда говорю, что это может быть единственный шанс остановить войну. Это должен быть личный визит. И он должен произойти очень скоро. Даже завтра. Один из твоих одноклассников украл важный артефакт, когда они были в Дрехельме. Он называется Снежный Камень.
— Мы знаем, — сказал Андерс.
Рядом с ним заговорила Лисабет:
— И мы знаем, что Сигрид использует его, чтобы заморозить драконов, если сможет.
Хейн медленно кивнул.
— Да. Но я думаю, что у меня есть способ противостоять его воздействию.
— Почему ты хочешь это сделать? — спросил Тео, наконец, заговорив. Как единственный присутствующий дракон, он казался циничным.
— Потому что я не хочу битвы, — сказал Хейн. — Пострадают все. И… по более личным причинам. Которые я предпочел бы передать Андерсу лично.
Андерс переглянулся с Лизабет и Тео. Он увидел сомнение в их глазах, но Лисабет слегка кивнула, и через мгновение Тео тоже. Он снова повернулся к Хейну.
— Я постараюсь, — сказал он. — Где мы должны встретиться?