Мишка осмотрелся по сторонам, проверил направление и стал искать ориентир, по которому можно было бы двигаться дальше, без риска заплутаться.
Вокруг простиралась голая степь, кое-где пересеченная оврагами. Вдали виднелся какой-то темный холм, за ним тянулась полоса леса. Мишка решил идти прямо на этот холм, а оттуда наметить новый ориентир.
– Ложись и следуй за мной! – шепотом скомандовал
Мишка.
Все трое приникли к земле и беззвучно, как настоящие пластуны, поползли друг за другом.
Время от времени Мишка останавливался, приподнимая голову, и острым взглядом озирал окрестности. Видимо, подражая своему герою Следопыту, он изредка падал на траву и, приложив ухо к земле, чутко ловил все звуки и шорохи, стараясь угадать их источник.
Овод в точности копировал Мишку, а Ю-ю просто ложился на живот и терпеливо ждал дальнейшей команды.
Он полагал, что его дело – точно и быстро исполнять приказания, а об остальном должен заботиться его бесстрашный «капитана», в таланты которого он верил свято и нерушимо.
Но все было тихо и сумрачно.
Таинственный холм, до которого добрались, наконец, разведчики, оказался большой купой деревьев и кустарника. Дальше виднелся лес, а перед ним предполагалась первая линия обороны противника.
– Передохнем, – тихо скомандовал Мишка, скользнув, как ящерица, в кустарник.
Так же бесшумно за ним прошмыгнули остальные.
Осторожный Мишка тщательно обследовал ближайшие кусты и, наткнувшись на большую яму, решил расположиться в ней.
Разведчики еще не успели занять «позиции», как
Мишка, чуть слышно шикнув, припал ухом к земле.
Все притаились в яме, с замиранием сердца ловя звуки.
Однако ни Ю-ю, ни Овод не слышали ничего подозрительного. С легким шумом перелетали с ветки на ветку певчие птицы. Где-то далеко трещал коростель, из глубины леса доносилось страстное воркование горлинки.
Через минуту Мишка поднял голову:
– Нишкни, ребята! Я слышу какой-то подозрительный шорох, – он указал в сторону леса, – а потом что-то стукнуло, будто железка о железку задела. На всякий случай приготовьтесь к делу.
Овод и Ю-ю расположились справа и слева от своего командира, положив карабины на край ямы и приготовив гранаты.
Мишка неподвижно лежал на животе, всматриваясь в гущу тумана. Вдруг он проворно схватил карабин и снова скомандовал:
– Готовьсь к бою! Без команды не стрелять!
Овод прильнул щекой к холодному ложу. Ю-ю, как
Будда сидевший на дне ямы, невозмутимо положил руку на затвор «карабая». Ни один мускул не дрогнул на его желтом лице. Только в щелках глаз блеснул опасный огонек.
Непонятный шорох приближался к яме. У притаившихся ребят пробегал по коже неприятный холодок, жутью сжимались сердца.
Что бы это значило?
Но вот справа от ямы, в трех-четырех шагах от ребят, вынырнула из тумана серая фигура солдата с винтовкой в руке. Стараясь не шуметь, солдат быстро полз на животе.
За ним тускло блеснул штык, другой, третий…
Разведчики не успели еще сообразить, в чем дело, как все исчезло в тумане, словно это были призраки. И опять стало тихо.
– Как это понимать? – прошептал Овод на ухо Следопыту.
– Очень просто, – зло ответил Мишка. – Мы опоздали с наступлением. Бледнолицые собаки предупредили нас. Это прошла первая цепь. Вот так влипли в историю! – Следопыт в затруднении почесал затылок.
Когда создавалось запутанное положение, Овод обычно находился скорее и нередко выручал из беды. Так случилось и на этот раз.
– Вот что, брат Следопыт, – тихо сказал он, – во что бы то ни стало мы должны предупредить наших, предупредить сию же минуту, иначе наш полк разгромят бледнолицые собаки.
Следопыт сердито фыркнул:
– Это и я знаю. Но как предупредить – вот вопрос?
Впереди идет цепь, за ней ползет другая, а потом…
– А вот как, – возразил Овод, – я и Ю-ю останемся здесь и, как только вторая цепь пройдет мимо нас, ударим вслед огнем из карабинов и пуганем гранатами… И тут начнется такой тарарам…
– Ну, а дальше что? – нетерпеливо перебил Следопыт.
– Дальше ты сию же секунду поползешь за первой цепью, во время паники проскользнешь к нашим и…
– Есть! – отрезал Следопыт, хватая карабин. – Принимай команду, Овод, и действуй…
И он мгновенно исчез вслед за цепью неприятельских солдат.
Ю-ю хотя и плохо понял, о чем говорили его друзья, сохранял полное спокойствие, ожидая приказаний нового начальника.
Вскоре появилась вторая цепь белых.