Вся комната была сделана из дерева. На вверху светила небольшая лампа, освещая всё тёплым светом. Комната была довольно большая: несколько кабинок, тумба с раковиной и зеркалом тянулась он двери до другой стороны комнаты. Мы седели рядом с раковиной, точнее слева от меня находилась Одетт, а вот рядом с ней тумба.
Одетт посмотрела на меня серьёзным взглядом.
– Ты всё знаешь? – спросила серьёзным тоном, но взгляд игривым.
– Нет. – я не удержалась и улыбнулась. – Просто знаю, что не могу тебя оставить. Я должна тебе помочь.
– Нет, должна. – Одетт отвела глаза, в голосе появилась грусть.
– Ты винишь себя! – не выдержала я. – Она не заслужила этого!
– Да, но я виновата в том, что ослушалась маму и погадала ей.
– Она настаивала.
– Она не понимала, а я да.
– Это был её выбор.
– Который исходил из моего решения. Глупая девчонка! Почему я была такой глупой дурой!
– Вот именно, ты была ребёнком! Ты разве не помнишь, как она поступала с тобой?!
– Помню. – Одетт замолчала на пару минут. Потом проложила. – Я чувствовала вину, что позволила Уго встать между нами. Я думала, что заслужила это всё. Я ждала, когда она меня простит. Даже пыталась поговорить с ней, но она вытолкала меня с криками, что не хочет говорить со мной на такую идиотскую тему. Она ничего не говорила об Уго, но я чувствовала, что она меня не простила. Пытаться я больше не стала. Было очень стыдно. Поэтому я делала всё, чтобы ей угодить, ей всегда всего было мало. Недостаточно. И чем дальше, тем хуже.
– Одетт…
– Теперь я понимаю, что никогда бы не загладила бы свою вину. И уже не заглажу…
– Ты не виновата. Нельзя всё жизнь жить, виня себя во всём.
– Хм… Сначала я винила себя, что что-то сделала не так и Уго отказался от меня, что я не идеальна для него, что что-то со мной не так… Скучная, некрасивая, глупая… – я так и знала! Одетт шмыгнула носом и продолжила. – Потом, когда поняла, что Кари ревнует его ко мне. Знаешь, пока Кари мне открыто не намекнула о своём отношении к Уго, я и не могла понять, почему её отношение ко мне изменилось. Не замечала. У меня была проблема, как понравится Уго…
– Он не понимал от кого отказался… – я пихнула подругу плечом.
Одетт грустно улыбнулась и продолжила:
– Дальше я винила себя в том, что наши отношения с Кари сломались. Ну, а теперь… Ты знаешь.
– Поэтому не хотела мне гадать? – я уже знала ответ, но почему-то хотела его услышать о неё.
– Да.
Я обняла её и прошептала на ухо:
– Ты лучше меня знаешь, что такое судьба.
– Но её можно изменить.
– Но только не тринадцати летняя девочка. – я отпустила её. Сделала паузу, чтобы до неё дошёл смысл моих слов. – Отпусти. Это не твоя вина. Живи дальше. Наполни своё жизнь счастьем, освободив от вины. Тебе, и только тебе решать, разрушать себя или нет. В этом случае я тебе ничем не смогу помочь. Сейчас выбор за тобой. И он повлияет на ТВОЁ БУДУЩЕЕ. Решай.
Я поднялась и уже хотела выйти, как ко мне подошла сзади Одетт и взяла за руку.
– Я устала само разрушаться. – прошептала она. – Хочу попробовать жизнь без гнетущего чувства вины.
– Тогда я помогу построить новое счастливое НАСТОЯЩЕЕ.
Когда мы вышли из туалета, нас ждал Уго. Минуту спустя они бросились друг другу в объятия.
– Прости меня –прошептал Уго, прижимая Одетт к себе.
– И ты меня. – всхлипывая, сказала Одетт.
– Я виноватее.
Они рассмеялись, не отпуская друг друга. Потом притянули меня к себе. Мы так простояли минут пять.
Теперь осталось самое сложное: избавиться от привычки винить друг друга, отпустив прошлое. А это не так просто. По опыту знаю.
День встреч
Ещё несколько часов мы танцевали под песни и музыку разных народов. Фива я больше не видела. Хотя не думаю, что я его заметила бы: всё моё внимание забирали Одетт и Уго. Наши танцы были странными, не такими какие я танцевала дома – не по правилам. Мы просто двигались в такт музыке, прыгая, бегая и приседая вокруг друг друга. И конечно, не забывая, махать руками, кричать и смеяться. Как дикари, честное слово. Но, оглянувшись, я поняла, что многие так танцуют. Да, ещё успевают подпевать певцам. Мне начинала нравиться такая жизнь. Свободная. Без правил. Без страха.
Вернулись мы довольно поздно. Тихо пробрались к нашему вагончику – он оказался открытым. Неужели не бояться, что их обокрадут? Или у них так принято – доверять соседям? Думать о наших соседях у меня не было ни сил, ни желания. Как только я легла на подушку, то сразу же отключилась.
Мне в глаза светил лучик солнца. Как дома… Почему как? Я уже дома! Я медленно открыла глаза и потянулась. Этой ночью я ни видела никаких сновидений. Хооорошо выспалась… Я перевернулась на спину и ещё раз потянулась.