— Хвала ему, — пробормотали мы с Лиандрой одновременно, но я заметил её взгляд. Мы двое ещё никогда не спешили восхвалять кого-либо, будь то император или бог. Если подумать, сколько раз я восставал против моего бога… когда…. как… Мои мысли застопорились.
«Я нашла его», — произнёс знакомый голос в моём сознании, и мне почти показалось, будто я вижу пару тёмных светящихся глаз. «Он сопротивляется…»
«Или он просто упрям!» — услышал я другой голос, который не слышал уже долгое время. «Это ему больше подходит. Лиандра рядом?»
«Да, но я не могу добраться до них. Они в крепости… о, он нас заметил…»
— Хавальд? — обеспокоенно спросила Лиандра. — Что случилось?
— Видения, — попытался я объяснить. — Я увидел… услышал…
— Не беспокойтесь по этому поводу, — на удивление резко промолвил Целан. — Это всего лишь последствия магии, которую император наложил на вас, этого следовало ожидать. Эти видения пройдут.
«Эта собака со змеиным языком!» — крикнул другой голос, который я откуда-то знал. «Этот сын верблюда и гадюки! Позвольте мне с ним разобраться, с этим порождением лжи!»
«Нет», — услышал я женский голос. «Он мой. А теперь помолчи, ты мешаешь мне со…»
— Хавальд? — спросила Лиандра.
Я посмотрел на Целана. Он посоветовал мне не беспокоиться об этом.
— Ничего, — ответил я. — Всё в порядке.
— Нам ещё многое предстоит сделать, — сказал Целан, глядя на Лиандру, которая покорно кивнула.
— Мы просим извинить нас, Хавальд, — сообщила она. — Мы готовились несколько дней и теперь должны ещё позаботиться о последних мелочах.
— Чем я могу помочь? — спросил я, с недовольством заметив, как Целан обнял Лиандру за талию.
— Для вас ещё слишком всё в новинку, мой друг, — великодушно промолвил князь. — Вам лучше остаться здесь и немного отдохнуть, уже достаточно скоро вам будет чем заняться. — Он приглашающе махнул рукой. — Чувствуйте себя как дома. Только помните: если захотите покинуть эти покои, вас будет сопровождать почётный караул. Такому князю как вы, не подобает ходить без него!
— Как пожелаете, — сухо ответил я. Мне совсем не понравилась идея, что меня на каждом шагу будет сопровождать почётный караул. Я сам мог о себе позаботиться.
— Вы пока можете поразмышлять о том, как лучше всего послужить божественному императору, — предложил Целан.
— Я так и сделаю.
Они подошли к двери, где Лиандра на мгновение остановилась.
— Я так рада, что ты снова с нами, — произнесла она, и я почувствовал, насколько она искренняя.
— Она права, — согласился Целан, но то, как он это сказал, совсем мне не понравилось. — Это настоящее удовольствие видеть вас таким!
Затем он закрыл за собой и Леандрой дверь, оставив меня одного, пока я пытался разобраться в своих запутанных мыслях.
Это пройдёт, заверил меня Целан. Тем не менее, мне не нравилось, что я чувствовал к нему этот неопределённый гнев, но, скорее всего, это была своего рода ревность. Поскольку каждый раз, когда он касался Лиандры, мне хотелось выбить ему зубы.
Через открытую дверь я мог видеть в спальне Лиандры смятые простыни на кровати и небрежно брошенные на пол сапоги, которые были на нём прошлым вечером. Мои мысли были недостойны офицера божественного императора, кроме того, князь Целан был моим лучшим другом. Я не имел права судить моих товарищей, и всё же… Я так сильно сжал руки в кулаки, что побелели костяшки пальцев. Я с трудом отвернулся, попытался расслабиться и снова вышел на балкон.
Я стоял там какое-то время, глядя на гавань и наблюдая, как подготавливают корабли к завтрашнему отплытию. Я вспомнил, что сказала Эльгата о величине флота имперского города и как Целан презрительно рассмеялся, когда я доложил ему об этом. Похоже, он очень радовался тому, что Старая империя, нет обречённые королевства, лежали перед ним беззащитные.
Они даже не подозревали, что их ждёт. Конечно, имперский город понимал, что у нас должно быть достаточно кораблей, но не такой флот… Я сосчитал корабли. Тридцать восемь пузатых транспортных судов, пять гигантов, с которых могли взлетать виверны, ещё двадцать семь фрегатов, как назвала их Серафина. Ничто больше не сможет остановить флот, и я должен выразить дань уважения тем, кто планировал этот грандиозный проект. Собрать такую силу прямо под носом обречённых королевств… Князь Целан сказал мне, что я должен гордиться, и я гордился, как же могло быть иначе, когда я всю свою жизнь стремился подчинить власти божественного императора обречённые королевства?