- Ну да, - пожал плечами мальчик. – А то придёт отец с бодуна, скажет: «назовём ляльку Хрюкодрищем» и стукнет кулаком по столу – парню же потом всю жизнь мучиться с такой кармой фиговой.
- Ну и выдумщик ты! - девочка расхохоталась.
Дети пошли погулять по берегу. Было очень интересно наблюдать, как солнце появляется огненным шаром из-за горизонта, окрашивая море тёплыми лучами.
- Это… потрясающе! – вымолвила Аня, не мигая глядя на небо.
- Угу, - ответил Джонни-Серафим, которому просто было нечего сказать.
Где-то в глубине души мальчика появилось неприятное ощущение, что их приключение скоро закончится и снова придёт серая рутина.
Волны зашумели, обнимая берег у самых ног ребят. Они уже давно переоделись в наряды из листьев и теперь стояли босиком на прогретом теплыми лучами золотистом песке.
- Ух ты, смотри! – закричал мальчик, показывая рукой в сторону прибоя.
- Что там, Джонни? Я не вижу! – Аня приложила ладонь козырьком, но никак не могла понять, что же так заинтересовало мальчика.
- Подожди, я сейчас! – не раздумывая, он нырнул в тёплую воду.
Аня нерешительно потопталась у берега, всматриваясь в то место, куда нырнул её друг.
Через минуту Серафим появился, держа в руках изящную раковину причудливой формы, которая была почти размером с мальчика.
Казалось, раковина притягивала солнечные лучи, преломляя их в радужное сияние своими гранями.
Девочка завизжала от восторга и захлопала в ладоши, подпрыгивая не песке.
- Урра-а-а! Это настоящая Императорская Раковина! – закричала Аня, помогая Джонни выбраться на берег.
- Это настоящая удача, найти такую редкость, - сказала подошедшая Шанни и нежно погладила находку мальчика.
Словно отвечая на её прикосновение, раковина вспыхнула яркими радужными огнями.
- Вот это да… - ахнула Аня, протерев изумлённые глаза. – Джонни, ты просто супер!
- Дарю, - небрежно сказал он и протянул подарок девочке.
Аня и Шанни присели на песок, положив драгоценность на колени. Острые грани впивались в кожу, но дети не чувствовали боли, завороженные игрой радужных огоньков на поверхности морского чуда.
К ним подошёл Джокер, держа в руках несколько крупных косовых орехов. Мальчик вывалил добычу на песок и принялся долбить их камнем.
Бес толку.
- Вот зараза! – выругался Джокер и со всей силы ударил камнем по вредному ореху. Камень скользнул по шершавой поверхности и впился острым концом в руку.
Мальчик заорал от боли, глядя как по руке потекла струйка крови.
- Ах ты, сука! – он со злостью пнул орех и с досады швырнул камень в море.
- Ой, сильно ушиб? – Аня бросилась к мальчику. Кровь из раны попала на песок. Девочка побледнела. Казалось, она готова была упасть в обморок.
- А ты как думаешь! – грубо ответил Джокер и закусил губу. – Тут всё у них через задницу, даже кокосовые орехи, падлы, хрен расколешь!
Шанни дотронулась до раны мальчика. Джокер вздрогнул, словно его сильно ударило током. Девочка наклонила лицо к окровавленной руке и, прикоснувшись губами, прошептала что-то.
Джокер выгнулся, его затрясло, пот крупными каплями начал стекать по щекам и вискам, мальчик попытался вырваться, но Шанни держала его стальной хваткой.
Через секунду кровотечение остановилось. Девочка поморщилась от боли и села на песок, положив дрожащие руки на загорелые коленки.
Джокер сел рядом с ней и, глядя куда-то в море, заплакал, не в силах сдержать эмоции. На скулах мальчика играли желваки.
- Я хочу домой, - хрипло сказал он, не глядя ни на кого. – Мне здесь не нравится. Это грёбаный мир, - сказал он, стиснув зубы.
- У нас считается большим грехом сквернословие, - тихо сказала Шанни, удивлённо глядя на мальчика. – Тот, кто говорит черные слова, наводит на себя проклятие.