Погоня продолжалась…
Мохнатые ветви окружали их со всех сторон. Дети тяжело дышали – пробираться сквозь заросли оказалось не так просто, как они предполагали.
- У меня даже в трусах иголки теперь! – возмутился Джокер и запрыгал на месте, будто у него в штанах завелись ежи.
- А ты поаккуратнее, глаза береги, - посочувствовала Аня.
Синие ели росли непроглядной вековой стеной и совершенно не хотели пропускать ребят дальше. Черные змеи замерли над путниками в нетерпении и зашипели, подталкивая вперёд.
- Джонни, нельзя унять этих страшил? У меня от их воя желудок сводит! – Джокер показал язык ближайшей к нему змее. Тварь вытянула гибкую шею и клацнула зубищами, едва не схватив его за нос.
Мальчик завопил и упал на спину. Аня подхватила его за руки, помогая подняться. Джонни поморщился и что-то коротко приказал своим ищейкам.
Они зарычали и взмыли вверх, злобно сверкнув на ребят огненными глазищами.
- Уф, ну и компанию ты себе подобрал, - выдохнул Джокер, поднимаясь на ноги. – Я чуть в штаны не наложил, когда она зубами, зубами…
- Ещё успеешь, лучше побереги штаны, - посоветовал Джонни.
Аня хотела сказать, что это совсем не смешно, но передумала, взглянув на друга. Казалось, он становился чужим с каждой минутой. Девочка поёжилась и отвернулась от него.
Ей вдруг захотелось уйти отсюда и оставить этого самодовольного индюка, в которого превратился скромный симпатичный парень. Оставить одного с блестящим камнем и черными змеями.
Она вспомнила их первую встречу, вспомнила, как он бросился за ней на край света, в совершенно другой мир и… растерялась. Девочка была не уверена, осталась ли частичка того светлого парня в нём.
Отец учил её во всём идти до конца. Нет, она не оставит его здесь, потому что друзей не бросают, даже если они меняются не в лучшую сторону. Всё это промелькнуло в её голове за долю секунды.
- Что дальше будем делать? – спросила она, глядя на колючий лабиринт синих елей, покрытых белыми шапками снега.
- Без понятия, - ответил Джонни, высоко задрав голову. Казалось, макушки деревьев пронзали небо, словно гигантские копья. – Может, спалить тут всё на фиг, чтобы проложить дорогу?
Мальчик коснулся Серебристой Слезы и поверхность камня зловеще вспыхнула, отбрасывая языки черного пламени.
Послышался скрипучий стон деревьев и тут же бешено завыл ветер, едва не вырвав подарок Шанни из рук Джонни.
- Не надо! – сказала Аня. – Мы что-нибудь придумаем, тут должен быть проход, я точно знаю.
- Ну, тогда придумывай шустрей, а то у меня терпение кончается, - скривился мальчик. – Пока будем сопли жевать, Тварь нас догонит, может, хочешь с ней схлестнуться в этой чаще?
- На рисунке была тропинка, - сказала девочка и твёрдо взглянула другу в глаза. – Мы должны найти её, почувствовать, и тогда всё получится!
Джонни усмехнулся и пожал плечами.
Аня нашла покрытую инеем веточку и, повинуясь странному чувству, закрыла глаза. Она представила Лес одним огромным полотном, на котором каждое дерево – труд неизвестного художника, таинственного Творца, вложившего труд и любовь в новую картину.
Не говоря ни слова, девочка стала рисовать на снегу, пытаясь вспомнить тропинку на рисунке. Ребята с недоумением глядели на неё.
Снег пошёл густыми пушистыми хлопьями, они оседали вокруг, закрывая неуклюжую картинку девочки. Она не сдавалась, прутик снова и снова чертил волшебную дорожку. Её тут же заметало.
Аня была готова расплакаться. Слёзы застыли в её глазах колючим холодом. Она тряхнула головой, зачем-то подула на веточку и принялась опять чертить на снегу.
- Может, хватит малевать всякую хрень? – Джонни схватил её за руку.
- Это не хрень! Ты просто не хочешь понять! – она отдёрнула руку и закусила губу. – Мы должны вместе почувствовать тропу! Вместе! Иначе ничего не получится, поэтому…
- Хорошо, если ты такая умная, расскажи, как это делать, а не закатывай истерику, - холодно оборвал её мальчик.