- И ты тоже была без памяти?
- Конечно. Меня звали тридцать шестая целых пять месяцев, пока я не нашла это. - Ингрид правой рукой полезла в потайной карман редингота и достала серебряную монету диаметром около дюйма. - Это шиллинг Киплинга.
Девятнадцатый улыбнулся и запел, отстукивая ритм ладонью по бедру:
Шиллингом в день - Туже ремень! Будь же доволен и шиллингом в день![5]
Вспышка.
Озарение.
Подвальное помещение. На помосте напротив двери стоит пара музыкантов и играет рил[6]. Публика, вернее та ее часть, что не стоит у барной стойки и не пьёт пиво, танцует кейли[7]. Все дружно поют эту песню, которую какой-то умник переделал из стихов Киплинга.
Шиллингом в день - Туже ремень! Будь же доволен и шиллингом в день!
Вспышка.
Ингрид улыбнулась в ответ, взяла Девятнадцатого за локоть и пустилась в пляс, подпевая. Покружив в танце немного, подняв тучу пыли, они остановились.
- Ну, что ж, теперь мы кое-что знаем: ты жил примерно в одно время со мной и Киплингом. И ты, скорее всего, ирландец. Это вы танцуете джигу[8] везде, где только можно. Единственная просьба, держись пока подальше от Сэма, если он узнает об этом, будет безумно рад.
- Тогда в чём проблема?
- Ты столько не выпьешь, - засмеялась Ингрид.
Девятнадцатый подхватил её смех, и какое-то время они хохотали во весь голос. Отдышавшись, юноша спросил:
- Так всё же, что мы ищем?
- Всё, из чего можно сделать оружие против летучих мышей и горгулий. Давай иди, посмотри на стеллажах, может что-то и найдёшь. Заодно, может, что-нибудь из твоего прошлого обнаружится.
- Ты уверена?
- О, да! Поверь мне! Не знаю почему, но когда человека забрасывает в город, осколки прошлого раскидывает в пределах двух кварталов. Так что, если тебя затащили в депо, то скорей всего ты появился где-то неподалёку. Что довольно-таки странно, ведь обычно все появляются на вокзале. Так, хватит болтать, принимайся за работу.
Юноша кивнул и двинулся к стеллажам. В полумраке депо мало что можно было разглядеть. Девятнадцатый подхватил с нижней полки один из фонарей и встряхнул. Довольный тем, что услышал плеск, он зажёг фитиль и подвесил фонарь на свисающий с потолка крюк. Огонёк сначала вздрогнул, но затем успокоился, и неровный свет, едва пробивающийся сквозь мутное стекло, осветил полки. Они были полны хлама и пыли, и найти в этом нагромождении что-то полезное представляло ту ещё задачку, но выбора не было. Юноша вздохнул и приступил к работе.
Девятнадцатый смотрел на эти полки, водил взглядом растерянно, справа налево, сверху вниз и наоборот. Он не знал, что ищет, и может ли ему что-то пригодиться. Но вот взгляд привлёк ключ, лежащий под шестерёнками. Юноша достал его и стал вертеть в руках, разглядывая. Ключ был занятный, длиной чуть больше двух дюймов, с резной головкой, в центр которой был вставлен красный кристалл. Похожим ключом Ингрид открывала вход в тоннель диггеров. Обрадовавшись находке, Девятнадцатый положил ключ в холщовую сумку. Её ему выдала Охотница перед походом в депо. Дальше поиск пошёл быстрее, и к тому времени как фонарь погас, сумка уже была наполнена до краёв всякими полезными безделушками.
Юноша развернулся и хотел было идти хвастаться добычей, как услышал шёпот Ингрид.
- Стой, не шевелись - мы не одни.
Девятнадцатый замер и посмотрел в одну с Ингрид сторону, а именно на окно справа от двери. Там, на улице, заглядывая внутрь строения, стоял человек. Одетый в серую тунику с кожаным воротником, увешанный золотыми цепями с различными амулетами, он молча взирал на охотницу. Нижняя часть лица незнакомца была закрыта красным платком. А та, что предстала взору Девятнадцатого, пугала не меньше, чем внезапное появление. Человек был абсолютно лысым, серого цвета кожа была покрыта странными татуировками, напоминающими побеги плюща, а глаза... Глаз не было, в привычном для человека понимании, вместо них в глазницах горел огонь, словно кто-то зажёг фитиль внутри черепа этого существа. Да, именно существа, назвать это человеком у юноши уже не поворачивался язык.
Существо положило на раму закованные в броню руки, рывком резко подтянулось, и, как снаряд, выпущенный из рогатки, влетело внутрь. Там, где обычно должны быть ноги, взору юноши предстали клубы странного красноватого дыма с проблесками пламени, словно кто-то заменил туловище на «толстобрюшку»[9], а трубу вывел вниз.
- Отдай его нам.
Скрежещущий голос существа разбил напряжённую тишину.
- Чёртас два! Убирайся! - огрызнулась Ингрид и, отскочив назад, вытащила из-за спины нож странной формы: с клинком, напоминающим крыло хищной птицы. Ещё одно движение, и в другой руке женщины оказался его брат-близнец. Охотница постучала оружием друг о друга, и по клинкам заплясали белые и голубые искорки. Они сталкивались, сливались, и вот уже от обоих ножей исходит белесовато-голубое свечение, разгоняющее тени.