Отмытую до блеска брелину переодели в местную одежду. На нее надели многослойное одеяние, с голубым нижним платьем и белым верхним, с широкими рукавами, задний край которых доходил до пола. Переднюю часть волос собрали на затылке и закололи серебряной шпилькой, оставив остальное свободно струиться по спине. Велисия по привычке перекинула широкую прядь волос вперед, прикрывая знак фазана на шее.
***
Положению знаков Прародителей на теле всегда придавали особое значение. В зависимости от государства или народности толкования разнились. Наличие знака на тыльной стороне ладони всегда считали удачным. Отметина на правой руке, как правило, сулила обладателю процветание, знак на левой руке говорил о сильных духовных качествах человека. Знаки на животе, спине или ногах у многих народов считались показателем относительно слабой связи человека с духами прародителей. Отметина на шее могла интерпретироваться как уязвимое место человека, либо как наличие у обладателя сильной связи со своим духовным предком. Наличие священного символа на лице у всех без исключения народов считалось дурным предзнаменованием. Людей, обладавших на теле двумя знаками разных животных, считали колдунами.
***
Когда преображение Велисии было завершено, в покои вошла высокая, худощавая женщина с забранными наверх серебристыми волосами. Она была в сопровождении большого количества слуг. Брелина узнала в женщине тетку Хару, старшую сестру второй жены императора, Йии Шу.
– Госпожа Шу! – Велисия приветственно поклонилась.
Сереброголовая женщина тепло ей улыбнулась.
– Я подумала, ты, должно быть, голодна и не откажешься разделить со мной трапезу, – женщина махнула рукой слугам, те водрузили на низкий столик несколько блюд.
– О, спасибо за вашу заботу! – поблагодарила Велисия, ее желудок издал одобрительное урчание.
Шу добродушно рассмеялась, услышав его, и, взяв девушку за руку, подвела к столу. За едой брелина рассказала женщине, все, что с ней произошло за последние пять дней.
– Тебе невероятно повезло встретить таких отзывчивых людей, это могло стать очень опасным путешествием.
Велисия согласно кивнула.
– Не печалься об отце заранее, пока еще есть надежда.
Брелина слабо улыбнулась, устремив невидящий взор куда-то вдаль. Ее отец, ее друзья, все сейчас в беде, а она ничего не может сделать. Сколько еще ей придется прятаться за широкими спинами? Скольким придется пострадать из-за нее?
– Иногда нам, женщинам, не остается ничего другого, лишь ждать, – словно бы про себя, негромко произнесла Шу, угадав мысли девушки.
Глава 5
На следующее утро Велисия проснулась чуть свет. Она не могла усидеть на месте, зная, что в это самое время войска Северной Вершины и Белой Империи идут к границам Синих Драконов. А что же с Иртаном, Анджином и близнецами…
Не в силах больше оставаться одной в огромных покоях, Велисия отправилась бродить по дворцу. Весь он был отделан в таком же вычурном стиле, как ее покои: сверкал ослепительно-белым мрамором, а от высоких потолков кружилась голова. А ведь мать Хару даже не императрица, а только вторая жена. В прошлом году Велисия посещала вместе с Хару верхний дворец – резиденцию императора, тот вопреки ожиданиям выглядел намного проще. Мать тринадцатого принца слыла весьма экстравагантной женщиной.
Брелина вышла на большую террасу, с которой в ясные дни открывался вид на раскидывавшуюся внизу долину. Этим утром все было затянуто густым, белым, как молоко, туманом. Оставалось только самой представлять, как колышутся верхушки деревьев, а далеко впереди виднеются горы.
С другой стороны дворца Велисия вышла на широкий балкон, откуда было видно небольшой внутренний дворик. По двору перемещалась туда-сюда девушка, держащая в руках меч. Старшая сестра тринадцатого принца, Дара. Девушка была облачена в мужскую одежду: черные штаны и длинную темно-синюю рубаху с широким поясом на талии. Ее длинные, серебристые, как у ее тетки, волосы были заплетены в четыре косы вдоль всей головы, словно у воительниц дикарей, портреты которых брелина видела в старинных книгах. Движения принцессы были четкими и точными, она перемещалась быстро, ловко управляясь с оружием.