Фазанка услышала его голос, и мальчик оказался пойман с поличным. Тут уж разъяренная брелина вконец потеряла самообладание и с криками принялась гонять койота по всей округе. В пылу погони дети забрались на бортик небольшого декоративного пруда. Так как дело было осенью, прудик представлял из себя засыпанную листвой лужу. В эту лужу койот и повалился, потеряв равновесие, но успел схватить брелину за рукав платья и утянуть за собой. Велисия была мокрой с ног до головы, листья налипли ей на волосы – ужасно неподобающий вид для аристократической особы. Стоя по колено в воде, фазанка осознала, что конфуз произошел на глазах у принца! Девочка в отчаянье поглядела на койота, на ее маленьком личике застыло выражение неподдельного ужаса. Однако, тут у себя за спиной она услышала чей-то сдавленный смех. Брелина обернулась и узрела чудо.
Тринадцатый принц, согнувшись в три погибели, трясся и задыхался от смеха. Его лицо, шея и руки покраснели. Даже кожа у корней волос была красной. Дракон до того хохотал, что у него из глаз потекли слезы. С того дня Велисия бросила игру в порядочную аристократку и посвятила все свое время попыткам вновь лицезреть это чудо. Она постоянно несла околесицу и шагу не могла ступить, как нормальный человек. Ее старания принесли плоды, и вскоре она научилась вызывать искренний смех принца по нескольку раз в день! Это не был тот безудержный хохот, что она видела в первый раз, но тонкая, белая кожа принца всегда отвечала на смех горячей волной.
Фазанке настолько запала в душу эта особенность Хару, что позже она даже как-то раз упомянула ее в разговоре с Дарой. Принцесса поведала брелине, что в детстве принц всегда так смеялся, а также подобным образом реагировал, когда его что-то сильно волновало или расстраивало. Став старше, дракон начал очень огорчаться из-за этого, будучи удрученным тем, что по его лицу всем сразу становилось ясно, что происходит у него в голове. Тогда он даже уехал на год в Обитель и тренировался там контролировать реакцию своего тела. С тех пор он давал себе слабину только в окружении самых близких людей.
Последние гости ушли ближе к ночи. Брелину и дракона отвезли в небольшой одноуровневый дом во внешнем круге Драконьей Пасти, что был дарован Хару при рождении, где они могли расположиться, пока готовилась их постоянная резиденция. У служанок ушло целых полчаса на то, чтобы разоблачить Велисию, разобрать прическу и смыть краску с лица. Девушку переодели в полупрозрачную длинную белую рубаху, волосы оставили свободно струиться по спине. На пути к их новому обиталищу брелина чувствовала себя такой уставшей, что даже задремала, но теперь она неловко сидела на самом краешке огромной кровати, чувствуя, как кровь бурлит от волнения. Не зная, чем себя занять, фазанка взяла в руки чашу с водой, в которой плавали подаренные ей утром лилии. Среди цветов она с удивлением обнаружила крошечный кусочек бумаги, сложенный в несколько раз. Велисия развернула его и поднесла к свече.
«Не верь мужчине, который обещает всегда тебя защищать. Особенно тому, что имеет власть» – говорилось в послании. Брелина несколько раз прочитала слова, написанные элегантным почерком. То были, несомненно, слова женщины, чье сердце когда-то разбили. Велисия совсем немного знала о судьбе Госпожи Шу. Говорили, что когда-то она была замужем за очень влиятельным человеком в своей родной стране, но из-за каких-то обстоятельств была вынуждена бежать и впоследствии стала жить в доме своей сестры на правах старшей по хозяйству. Случилось это, когда дети второй жены были еще совсем маленькими.
В залитую теплым свечным светом спальню вошел Хару. Он как будто не заметил присутствия брелины. Молодой дракон вынул из волос шпильку и убрал пряди от лица, перехватив их кожаным шнурком на затылке, после чего стал неспешно и методично снимать с себя свадебное облачение. Велисия отвернулась, однако в одном из длинных зеркал, что украшали стены спальни, ненароком краем глаза увидела обнаженную спину супруга. Сердце брелины стянуло в тугой узел – на широкой белоснежной спине багровели две широкие продольные полосы. Брелина повернулась к дракону лицом, но тот уже успел прикрыть торс рубашкой. Что могло оставить на его теле такие ужасные шрамы? Неужели...память фазанки воспроизвела в ее голове образ двух огромных крыльев.