Марина вела жизнь затворницы – она всерьез опасалась покушения на себя и Роберто (так она решила назвать сына, как того и хотел когда-то Алессандро). На виллу дважды пытались пролезть, но каждый раз срабатывала сигнализация. Кто были те злоумышленники – домушники, хулиганы или посланные Сержио наемные убийцы, – Марина не знала. Когда она была на шестом месяце беременности, перед воротами виллы взорвалась бомба, искалечившая двух слуг. Виновников опять не нашли. Наконец, на день рождения Марины (до родов оставались считаные дни) была прислана коробка чудных шоколадных конфет – якобы от американки Барбары. И только чудо уберегло Марину от того, чтобы полакомиться подарком, доставленным с особым курьером, – сама Барбара позвонила ей, желая поздравить. Когда Марина начала благодарить ее за сюрприз, та заявила:
– Дорогая моя, я ничего тебе не посылала!
Оказалось, что конфеты нашпигованы разнообразной гадостью, в том числе соединениями, вызывающими выкидыш. Выйти на отправителя не удалось.
Роды начались за два дня до высчитанного срока. Марина приняла решение рожать на вилле – в клинике могли оказаться подкупленные Сержио врачи или медсестры. Медик настоял на кесаревом сечении.
Придя в себя и увидев серьезное лицо врача, она вдруг с ужасом подумала – ребенок умер!
– Ваше высочество, поздравляю, вы в третий раз стали матерью, – заговорил доктор. И вдруг широко улыбнулся. – Ваш сын – на редкость здоровый и жизнеспособный ребенок. Хотите его увидеть?
Конечно, Марина хотела! Роберто, которого ей принесли, был очень похож на Алессандро в младенчестве (она видела детские фотографии мужа). Или это всего лишь ее воображение? Женщина была опьянена тем, что с Роберто все в порядке и что она осталась в живых. Все закончилось.
Шурин прислал роскошный букет желтых хризантем (цветы Марина приказала немедленно выбросить – кто знает, может, они являются рассадником бактерий?) и телеграмму, гласившую: «Поздравляю с рождением сына! Желаю ему стать таким же, как и отец. Хотя лучше, если бы он пошел в дядю...»
Телеграмму Марина разорвала. Сержио был бессилен что-то предпринять, и это и заставляло его плеваться желчью. И как же хорошо осознавать, что более ничего ей не грозит! Ни ей, ни дочкам, ни сыночку!
* * *С появлением на свет Роберто все тотчас переменилось. В день своего появления на свет он был признан законным и единственным наследником всего движимого и недвижимого имущества своего отца, увы, покойного. А опекуншей до совершеннолетия юного герцога Сфорца-Малатеста была назначена его мать, Марина.
Наконец-то она смогла вернуться с детьми в замок. Напоследок Сержио и его ребятки устроили там бардак, сперли ряд раритетных картин и безделушек, но Марина решила закрыть на это глаза.
Электра и Елизавета были рады появлению на свет младшего братика. Марине же он представлялся подарком судьбы и памятью о покойном Алессандро. Она посетила замковую капеллу, где в саркофаге из темно-красного мрамора покоился гроб с телом мужа. Как же жаль, что Алессандро не дожил до этого момента! Но, видимо, так тому и быть...
* * *Последующие годы Марина полностью посвятила двум вещам, вроде бы взаимоисключающим, но в действительности неразрывно связанным между собой: детям и семейному предприятию. И пускай она Сфорца-Малатеста не по рождению, однако стала таковой по духу.
Она дала себе зарок – мужчин в ее жизни больше не будет. У нее имеется две цели, и обе требуют полной концентрации и самопожертвования: дети и холдинг. А больше ей ничего и не требовалось.
Правда, по ночам Марина часто плакала в подушку – было так тяжело без Алессандро! Но разве она в состоянии что-то изменить? Она и не хотела что-то менять...
Дети подрастали. Электра превратилась в девочку-подростка, так похожую на свою русскую бабушку. Елизавета, наоборот, пошла в Сфорца-Малатеста: темноволосая, смуглая, озорная. А в Роберто, казалось, та и другая кровь слились самым причудливым образом. Марину беспокоило то, что ребенок растет замкнутым, что его больше тянет к книгам – а ведь ему предстояло когда-то стать во главе холдинга!
Судебные процессы, целью которых было признать недействительным завещание прадеда Алессандро, казалось, будут длиться вечно. Сержио, нанявший свору адвокатов, стремился доказать, что пункт, согласно которому все переходит исключительно к старшему в роду мужчине, является неоспоримым. Но шансов получить контроль над состоянием и холдингом у него не было. Просто шурин, как поняла Марина, делает это с одной целью – чтобы досадить ей. Как-то они столкнулись на одном из приемов и сделали вид, что незнакомы – так много негативного между ними произошло. Марина с удовлетворением отметила, что Сержио постарел и обрюзг – видимо, порочный образ жизни не шел ему на пользу.