Он все еще держал мою руку. Его другая рука оставила мое укромное место и легла на мою спину, прижимая меня к его телу. Кожа его была теплой, почти горячей.
Мы стояли близко друг к другу, прижимаясь телами, несколько минут. Потом он вздохнул, и его грудь приподнялась под моим ухом.
- У меня достаточно детей, - сказал он спокойно. - У меня только одна жизнь, и она твоя, mo chridhe.
Я потянулась и коснулась его лица. Оно было изборождено морщинами от усталости и поросло щетиной, он не брился несколько дней.
Я думала об этом. И почти решилась попросить знакомого хирурга сделать мне стерилизацию. Здравый смысл говорил в пользу этого, нет смысла рисковать. И все же … не было никакой гарантии, что я переживу переход, попаду в нужное время и место, или найду его снова. И еще меньше был шанс, что я забеременею в моем возрасте.
И все же, расставшись с ним на долгое время, не зная, смогу ли я вообще найти его, я не смогла заставить себя лишить нас этой возможности. Я не хотела больше детей. Но если я найду его, и он захочет … тогда я бы рискнула ради него.
Я потрогала его, и он сделал тихий горловой звук, тесно прижав меня к себе и зарывшись лицом в мои волосы. Наша любовь всегда была риском и обещанием - ибо если он держал мое тело, ложась со мной, то я держала его душу и знала это.
- Я думала, что ты никогда не увидишь Брианну. И я не знала о Вилли. Было бы неправильно, если бы я лишила тебя шанса иметь другого ребенка, не сказав тебе.
Ты кровь от моей крови, сказала я ему, кость от моей кости. Это было так и будет всегда, независимо от того, будут у нас дети или нет.
- Я не хочу другого ребенка, - прошептал он. - Я хочу тебя.
Его рука поднялась, как бы сама по себе, и коснулась моей груди кончиками пальцев, оставив на коже прохладу душистого зеленого крема. Я обняла его талию рукой и шагнула назад, ведя его к кровати. У меня едва хватило времени загасить свечу.
- Не беспокойся о Брианне, - сказала я, дотрагиваясь до него, когда он поднялся надо мной, вырисовываясь темным силуэтом в свете камина. - Роджер собирал траву для нее. Он знает, чего она хочет.
Он издал глубокий смешок, который прервался, когда он скользнул между моих ног, где все было готово и хорошо смазано, и который превратился в тихий стон удовольствия и слияния, когда он вошел в меня.
- Я тоже знаю, чего я хочу, - сказал он приглушенно в мои волосы. - Я подарю тебе завтра еще один букет.
Полубесчувственная от усталости, ослабевшая от любви и убаюканная комфортом мягкой кровати и чистого белья, я спала, как мертвая.
Где-то ближе к рассвету мне стали сниться приятные бесформенные сны о прикосновениях и цвете. Маленькие руки коснулись моих волос, погладили мое лицо, я повернулась на бок, воображая во сне, что кормлю грудью маленького ребенка. Крошечные нежные пальчики мяли мне грудь, и я подняла руку, пытаясь коснуться головы ребенка. И он укусил меня.
Я завопила и села в постели, увидев, как серая фигурка скользнула по одеялу и исчезла в ногах кровати. Я завопила еще громче.
Джейми слетел с кровати, перекатился по полу и вскочил на ноги, набычившись и сжав кулаки.
- Что? - спросил он, дико оглядываясь вокруг в поисках мародеров. - Кто? Что?
-Крыса! - сказала я, указывая дрожащим пальцем на место, где серая фигурка исчезла между головкой кровати и стеной.
- О, - его плечи расслабились, и он, моргая, провел руками по лицу и волосам. - Крыса?
- Крыса в нашей кровати, - сказала я, совсем не расположенная рассматривать этот факт спокойно. - Она укусила меня!
Я стала придирчиво рассматривать мою раненную грудь. Крови не было, только несколько крошечных следов уколов, которые немного саднили. Тем не менее, я подумала о бешенстве, и моя кровь похолодела.
- Не беспокойся, сассенах. Я разберусь с ней.
Расправив плечи, Джейми взял кочергу возле камина и целеустремленно двинулся к изножью кровати. Головка была из цельного дерева, и между нею и стеной оставалось только несколько дюймов свободного пространства. Крыса была поймана в ловушку, если она не успела убежать за секунду между моим криком и прыжком Джейми из-под одеяла.
Я встала на колени, готовая спрыгнуть с кровати в случае необходимости. Сосредоточено хмурясь, Джейми сжал кочергу и свободной рукой откинул одеяло.
Он с силой ткнул кочергой … и внезапно отдернул, ударив ею по стене.
- Что? - спросила я.
- Что-о-о? - эхом отозвался он изумленным тоном. Он согнулся ближе, прищурившись в тусклом свете, потом начал смяться. Он положил кочергу, сел на корточки и медленно потянулся рукой к щели между головкой кровати и стеной, издавая сквозь зубы тихие щебечущие звуки, словно далеко в кустарнике кормились птички.
- Ты разговариваешь с крысой? - я поползла в ноги кровати, но он показал мне кивком головы вернуться назад, продолжая щебетать.
Я нетерпеливо ждала. Через минуту он схватил что-то и издал тихое довольное восклицание. Он встал, улыбаясь, серое пушистое тельце, которое он держал за шкирку, свисало словно маленький кошелек.
- Вот твой маленький разбойник, сассенах, - сказал он и мягко положил шарик серого меха на одеяло. Огромные глаза бледно-зеленого цвета уставились на меня, не мигая.
- О, Боже, - сказала я. - Откуда ты появился?
Я очень медленно протянула палец. Котенок не двигался. Я коснулась края крошечной шелковистой челюсти, и большие глаза зажмурились, превратившись в узкие щелочки, когда он стал тереться о мой палец. Удивительно глубокое для такого миниатюрного тельца мурлыканье наполнило спальню.
- Вот, - сказал Джейми с огромным удовлетворением, - подарок, который я хотел подарить тебе, сассенах. Он будет защищать твой медицинский кабинет от вредителей.
- Ну, наверное, от очень маленьких вредителей, - произнесла я, с сомнением разглядывая подарок. - Я думаю, большой таракан может утащить его в свою нору, не говоря уже о мыши. И это действительно он?
- Он вырастет, - уверил меня Джейми. - Посмотри на его лапы.
Он - а это действительно был он - перекатился на спинку, притворяясь мертвым жуком, и задрал лапы кверху. Каждая лапка была примерно размером с большой медный пенни, огромная по сравнению с маленьким телом. Я коснулась крохотных подушечек, нежно-розовых среди серой шерсти, и котенок стал извиваться в экстазе.
Раздался осторожный стук в дверь, и я поспешно натянула простынь, прикрывая грудь. Дверь приоткрылась и лохматая голова мистера Вемисса с волосами, словно копна соломы, высунулась из коридора.
- Э-э … я надеюсь, все хорошо, сэр? - спросил он, близоруко щурясь. - Моя дочка разбудила меня и сказала, что где-то шумят, а потом мы услышали удар, и …
Он торопливо перевел взгляд с меня на выбоину в стене, оставленную кочергой.
- Да, все хорошо, Джозеф, - уверил его Джейми. - Просто маленький котенок.
- О, да? - мистер Вемисс украдкой бросил взгляд на кровать, и его худое лицо расцвело улыбкой, когда он увидел пятно серого меха. - Котеночек, да? Думаю, он станет прекрасным помощником на кухне.
- Да, кстати, насчет кухни, Джозеф будь добр отправь свою девочку, чтобы она принесла блюдечко сливок для котенка, хорошо?
Мистер Вемисс кивнул и исчез, послав еще одну улыбку котенку.
Джейми потянулся, зевая, и энергично почесал голову обеими руками, отчего его волосы стали торчать еще более дико. Я смотрела на него с чисто эстетическим удовольствием.
- Ты похож на мамонта, - сказала я.
- О? И какой он из себя, кроме того, что большой?
- Это своего рода доисторический слон. Такие животные с длинными хоботами.
Он, прищурившись, поглядел вниз вдоль своего тела.
- Ну что ж, благодарю за комплимент, сассенах, - сказал он, - мамонт, значит, да?
Он снова вскинул руки вверх и потянулся, небрежно выгибая спину, от чего - совершенно непреднамеренно, я думаю - увеличил сходство, которое можно найти между полу-возбужденной частью утренней анатомии мужчины и лицевым украшением животного семейства толстокожих.