— Да. Я правильно понимаю, что она?..
Он догадался. Я подтвердил кивком.
— Как?
— Долгая история. Я собираюсь рассказать её перед Древними, — я приподнялся. — Мне нужно вернуться в Пейю.
Мэтт вздохнул.
— Они считают тебя одним из предателей.
Я нахмурился.
— Что? Тания не…
— Мы не можем её найти. Они знают, что она на другой стороне, но она скрывается ото всех, и о ней никто не говорит. В Пейе официально законом запрещено рассказывать кому-либо, что у королевы был дракон.
— Она была её дентом, ради всего святого! — я был потрясён. — Тания бы никогда не предала её. Она спасла её дочь.
— Как она смогла пройти через Стену, Жако?
— Я расскажу только перед Древними, — настаивал я. — Либо отведи меня к ним, либо приведи их сюда.
— А ты упрям.
— Где она?
— В безопасности.
— Мэтт.
— В Академии Дракония. У неё были порваны джинсы, когда я её нашёл, и я увидел метку. Поэтому сразу доставил в Академию.
— Спасибо.
— Как тебе удалось выжить?
Я надулся.
— Как ты верно подметил, я королевский дракон.
Если скажу ему правду, он всё равно не поверит.
Наступила тишина. Его лицо посуровело, пока он смотрел куда-то перед собой.
— Сукин сын.
— Что?
— Ничего. Я просто только сейчас понял, что этот мелкий пиздюк меня обманул, — на его лице отразилась злость, а губы дёрнулись в улыбке. — Как бы то ни было, я рад, что ты жив.
* * *
Следующие несколько часов пролетели незаметно. Я переоделся в чистую одежду, пока Мэтт организовывал моё возвращение в Пейю.
Герберт Уоткинс был мёртв, а Жако Лемьер, королевский дракон, спустя столько лет возвращается домой.
Они серьёзно думали, что мы участвовали в убийстве короля. Да я любил Альберта всей душой! Хоть и ненавидел то, как к нему относился Луи. Словно Альберт не был его настоящим сыном.
Тем не менее, Мэтт относился ко мне с уважением, соответствующим моему статусу. Простые драконы всегда почитали королевских драконов. Потому что наше слово имеет такую же силу, как слово наших всадников. Совет услышит меня, даже несмотря на то, что мой наездник погиб много лет назад.
Наконец, разрешение было получено. Мне предстоит полететь на Мэтте в человеческой форме, поскольку моя драконья сущность всё ещё очень слаба. Так бывает, когда позволяешь Рубикону взять над собой контроль.
Но всё же лететь на драконе тоже потрясающе. Чувствовать ветер в волосах. Смотреть на мир с высоты птичьего полёта.
Скоро я вновь увижу Елену.
— Что они сказали ей обо мне? — спросил я на латыни, пока мы парили в небе.
— Что ты не выжил.
— Ты не рассказал ей.
— Нет. Не было возможности, Жако. Но скоро вы встретитесь.
Разговор сошёл на нет. Я закрыл глаза, ложась на его спину, наслаждаясь каждым мигом, будто я сам лечу.
Я почувствовал вибрацию. Осознание, что я дома, ощущалось каждой чешуйкой.
От него у меня на глаза набежали слёзы. Одна даже скатилась по щеке.
— Добро пожаловать домой.
— Ты даже не представляешь, сколько это значит для меня, — ответил я, впившись взглядом в мир внизу. Он изменился за шестнадцать лет, но не слишком.
Как же я ждал этого дня.
Мэтт не полетел в Академию, а направился прямо в Тит.
— Куда мы летим?
— К королю Гельмуту. Он хочет поговорить с тобой.
— Мэтт, я должен увидеться с дочкой.
— Она спит, Жако. Расскажешь ей обо всём завтра.
Я вздохнул.
— Ладно.
Я вернулся домой, и она тоже. Здесь мы, наконец, будем в безопасности. Но самая тяжёлая задача мне ещё только предстоит.
Четвертая глава
ГЕРБЕРТ УОТКИНС
Мы благополучно приземлились во внутреннем дворе дворца. Казалось, все местные обитатели собрались на этой аккуратно подстриженной лужайке.
Первым, кого я заметил, был Эмануэль, дракон короля Гельмута. Эмануэль не выглядел расстроенным, только несколько разочарованным.
Я окинул взглядом собравшихся. Тот факт, что моя драконья сущность пребывала в спячке по ту сторону Стены больше десяти лет, ничуть не притупила мои чувства. Я всё ещё запросто мог отличить людей от драконов в человеческом облике — последние заметно выделялись, слишком уж красивые.
Понимая, что молчание слегка затянулось, я соскользнул с крыла Мэтта. Многие драконы из окружения Гельмута поклонились. Я не забыл их лица. В своё время они были выдающимися членами драконьей лиги.
Но не успел я поздороваться с кем-либо из них, как на балкон вышел сам король Гельмут. Не постаревший ни на день. Двигаясь быстро, но в то же время грациозно, он спустился по мраморной лестнице во двор, поприветствовав своих подданных одним лишь кивком головы, и остановился передо мной и Мэттом в блеске осеннего солнца.