— Ты же понимаешь, что Рубикон убьёт его, Гельмут?
— А что ты нам предлагаешь, Жако? Мы пообещали Блейку, что спасём его. Это наша попытка сдержать слово. Кроме того, Люциан очень хорош. Ты должен как-нибудь увидеть его в деле.
— Буду только рад, — улыбнулся я.
Мы вошли в обеденный зал, где длинный изысканный стол уже был накрыт с одной стороны на четырёх персон.
Я занял своё место вместе с Мэгги и Гельмутом. Мы ждали Люциана, пока слуга не передал, что мальчик отказался присоединиться к нам.
Мы приступили к еде.
Гельмут и Мэгги рассказывали, как они жили эти пятнадцать лет. Сколько всего поменялось за это время.
Стало очевидно, что Мэлоуны были тем единственным, что сохраняло единство Пейи. Без них всё разваливалось.
Гельмут пояснил, что они с Калебом, королём Ариса, постоянно спорили. Они не могли прийти к единому мнению в половине вопросов. Калеб потерял своего дракона, Ивонну, когда та попала в засаду, и с тех пор с ним стало невозможно иметь дело.
Разговор коснулся и той самой ночи.
Кейт сгорела в собственной постели.
Я закрыл глаза. Тания чувствовала её боль. Это было так ужасно.
Затем появились лианы. Гельмут описал их как толстые гигантские стебли, оживавшие всякий раз, когда кто-нибудь подходил к ним ближе, чем на полтора метра. Жуткое зрелище.
Но никто из них не упоминал своего старшего ребёнка. У них была дочка, сестра Люциана.
— А где же Дезайра?
Они молча посмотрели на меня.
Что это всё значит?
Гельмут опустил взгляд на свою тарелку и сделал глубокий вдох. Мэгги положила ладонь поверх его.
— Что случилось?
— Виверны. Ты же знаешь, как сильно Альберт хотел заключить с ними союз. Он верил, что среди них есть отличные ребята. Они явились якобы с миром, и я был таким глупцом, что открыл им двери. Дези влюбилась в одного из них, и он убил её.
Я так сильно стиснул зубы, что у меня заболела челюсть.
— Когда это произошло?
— Около восьми лет назад.
— Прости, Гельмут, я не знал.
— Конечно, — улыбнулся он.
— А Люциан?
— Ну, Мэгги правильно сказала, что он больше похож на Альберта, чем на меня. Как и Алу, ему претит мысль, что однажды ему придётся занять трон. Ему кажется, что он никогда не будет к этому готов. Он дорожит своими друзьями, относится к ним как к братьям. И пообещал Блейку, что постарается заявить на него права, как бы тяжко ему ни пришлось. Он уже дважды пытался. И каждый раз я молюсь, чтобы Рубикон его не убил. Должен признать, в Драконии его обучают на высшем уровне.
Последние слова зацепили моё внимание, и я перебил Гельмута:
— А, так он учится в Драконии?
— Да. Он приехал домой на неделю.
— Мне нужно с ним поговорить.
— Я позову его, — Мэгги положила салфетку и встала.
— Чего это тебя так заинтересовала Дракония?
Я вздохнул.
— У меня есть дочка. Нас разделили. Долгая история, но, в общем, Мэтт отвёз её в Драконию.
— Новая ученица? Твоя дочь?
— Да, — мне хотелось спросить, откуда ему известно о новенькой в академии, но побоялся, что это вызовет лишние вопросы. — Я жил под другим именем на той стороне, и столько всего произошло. В ночь, когда мы пытались вернуться в Пейю, нам устроили засаду, и если бы не Мэтт, мы оба были бы уже мертвы.
— До меня дошли слухи, что она переполошила всю академию.
Я улыбнулся, ни на секунду не сомневаясь, что так оно и было.
— Она думает, что я погиб.
— Хочешь, я свяжусь с ними, чтобы ей передали, что ты жив?
— Нет, — быстро ответил я. Из-за Блейка. Если он не рассказал всем, кто она, это может значить только одно: для неё безопаснее оставаться инкогнито. — Я должен сам ей показаться. Можешь отвезти меня завтра утром, пожалуйста?
— Конечно, — пообещал Гельмут.
— Пап? — Люциан прошёл следом за Мэгги через высокую арку, ведущую в обеденный зал.
Гельмут кивнул ему.
— Пожалуйста, сядь. Жако хочет задать тебе несколько вопросов о Драконии.
— Ладно, — он выдвинул стул своей матери, после чего сел рядом.
Я улыбнулся ему.
— Ты уже видел новенькую?
— Вы про Елену?
Кивок. Звук её имени грел мою душу.
— Ага, — мрачно ответил Люциан. — Утро у неё сегодня не задалось. Розыгрыш мог окончиться катастрофой.
Все мои инстинкты защитника мигом пробудились.
— Что ещё за розыгрыш?
— Да тупой пранк. Лунный Удар пытался её припугнуть.
— Зачем?
— Не знаю, — мне показалось, он что-то скрывает, но я не стал давить на него. — Мастеру Лонгвею нужно было как-то объяснить её необычное появление, и он упомянул, что Фокс со своими шестёрками устроил вам засаду.