"Мои дорогие. За столь короткое время вы стали мне такими родными. Я благодарна каждому из вас, а особенно я благодарна Аллаху за то, что направил меня к вам. Дорогая Мэри, ты приняла меня как родную дочь, я никогда не забуду твоей доброты. Ты стала мне второй матерью. Дэвид, мой любимый Дэвид. Я благодарна тебе за всё, что ты сделал для меня и моей семьи. Одной жизни было бы мало, чтобы расплатиться с тобой. Я полюбила тебя всем сердцем и всей душой. Мне хотелось провести с тобой всю свою жизнь, стать для Кристофера хорошей матерью. Но, увы, этому не суждено сбыться. Прошу, прости меня! Обстоятельства вынудили меня так поступить сейчас. Передай моему маленькому мальчику, что я очень люблю его. А теперь, Генри. Я должна ненавидеть тебя и проклясть, чтобы ты всю свою жизнь мучался от боли. Но я не смогла, не смогла пожелать тебе мук, хотя ты этого заслуживал. Пусть Аллах простит тебя за твой гнусный поступок. Я тебя прощаю и, уходя к Аллаху, я буду просить милости за тебя! Прощайте, семья Коррбел. Ваша Зара."
Я сам не понял, как выскочил из дома и сел за руль своего автомобиля. Мотор взвыл, колеса заскрипели, и я помчался в неизвестность. Впервые в жизни я стал молить Бога о помощи. Я не был таким набожным человеком, каким хотела видеть меня мать. Если Дэвид мог посещать божественные литургии, то я не был сторонником всего духовного. "Господи, помоги мне найти её... Господи, сохрани ей жизнь," - слезы начали литься не переставая. Я уже не обращал внимания, что нарушаю правила дорожного движения по полной. Мне было все равно. Я разъезжал по районам в надежде найти её. Почему-то будто таинственная сила потянула меня повернуть к бруклинскому мосту. Вдали я заметил пробку из нескольких машин. Люди стояли, будто окружая кого-то. Выскочив из машины, я побежал в сторону толпы. Приблизившись, я увидел Зару - она стояла у края моста. Меня охватил ужас, и я немедленно ринулся к ней.
- Зара!!!!
Она обернулась ко мне. Блеск в её глазах побледнел. Её охватил страх, увидев меня.
- Не подходи, Генри! Я прыгну...
Я в слезах упал на колени и, сложив руки в мольбе, просил её:
- Зара! Ради Бога! Прошу, не делай этого! Прости меня! Я всю жизнь буду карать себя за содеянное. Молю, прости.
Она посмотрела на меня сквозь слезы, в её взгляде не было ненависти , лишь пустота. Полицейские, проявляя свои психологические навыки, пытались убедить её перейти на безопасное место. Но она и слышать никого не хотела. Я стоял на коленях, прося её о вразумлении. Зара посмотрела на меня с легкой улыбкой и прошептала:
- Прощай, Генри!
Расправила руки и откинулась назад. Я молниеносно подбежал к ней, но успел схватится только её шаль. На моих глазах она исчезла. В воду канула.
- Зааааараааа!
Мой крик эхом пронёсся по всему бруклинскому мосту. Открыв глаза я продолжал кричать.
- Генри, всё хорошо? - раздался голос Дэвида, который неожиданно появился возле моей кровати. Его лицо выражало беспокойство, а глаза смотрели на меня с тревогой.
- Я убил её, я убил её! - кричал я, не понимая, где реальность, а где сон. Я паниковал, пытаясь освободиться от этого жуткого ощущения вины.
Мама, услышав шум, тоже вбежала в комнату и принялась обнимать меня, успокаивая:
- Генри, успокойся, это всего лишь дурной сон!
Но настоящий шок пришёл позже, когда на пороге появилась Зара. Она стояла там, живая и здоровая, и смотрела на меня. Я онемел, не веря своим глазам. Это не могло быть правдой! Я смотрел на неё, не отрывая взгляда, боясь, что это очередная иллюзия.
- З-ззара?! Ты жива? Это не сон? - еле слышно прошептал я, всё ещё сомневаясь в реальности происходящего.
Зара подошла ближе и присела рядом со мной. Её рука легла на мою, и я почувствовал тепло её кожи. Тогда я понял, что она настоящая, а не плод моего воображения. Я не знал, что делать дальше, но инстинктивно притянул её к себе и крепко обнял.
- Господи, Зара! Я думал, ты умерла! Мне приснился такой страшный сон...
- Ну, видишь, я жива и даже здорова! На тот свет пока не собираюсь, - весело сказала она, пытаясь успокоить меня.
Дэвид, стоявший неподалёку, рассмеялся:
- Тебя уже Белочка подхватила? - пошутил он, намекая на черезмеррное употребление алкоголя.
Я бросил на него строгий взгляд, но потом расслабился и улыбнулся. Отпустив Зару, я посмотрел на неё вновь, пытаясь осмыслить, что всё это было всего лишь сном.
- Боже, какой же кошмарный сон был у меня.
Сон оставил глубокий след в моей душе, и постепенно я начал понимать одну важную вещь: я действительно любил Зару. Но именно эта любовь заставляла меня задуматься о том, что я должен сделать для её блага. Если я действительно люблю её, то должен отпустить. Эта мысль медленно укоренялась в моем сознании, хотя признать её было нелегко.