Если быть совсем рядом, тогда его душа потянется к моей сущности, и Дэни умрёт прямо здесь и сейчас вместо меня.
Нет, я не мог этого допустить.
- В-сё в поряд-ке...
- Не умирайте, - мальчик потянулся ко мне, но я оттолкнулся назад, свалившись на пятую точку, при этом взмахнув рукой, в которой находился осколок. Эту-то руку и успел поймать Дэниел, крепко схватив своими ручками. Казалось, будто зеркальный кусочек принялся сам по себе нагреваться. Моя ладонь горела, соприкасаясь с осколком и ладошками слепого.
Что-то здесь было не так.
- Дэни, что ты чувствуешь? – я вновь обрёл возможность нормально разговаривать, так как самочувствие чуть улучшилось.
- Вы тёплый. А ещё вы – не человек. Не похожи на человека. Я вижу крылья. Вы – демон?
- Огненный демон, - согласился я.
- Вы пришли за моей душой?
- Ээ, не совсем. С чего ты так решил?
- Демоны умеют исполнять желания. А потом забирать души. Вы можете исполнить моё желание?
Я удивился. Где это маленькому мальчику рассказали о таких жутких вещах? Хотя он говорил правду. Даже больше – мы можем забирать души без каких-либо фамильярностей.
Но сейчас я был тем, кто способен заключить зеркальный договор. Именно это предлагала мне Катрин. Только её желаний я боялся больше всего на свете. Ведь она – не просто дэонх, а смесь архдэонхов и кордэонхов. Сильная гремучая смесь, если предположить, какими могут быть все её возможности и способности.
- Какое у тебя желание, Дэни?
Я взглянул на небо, заметив, что ливень медленно утихает. Кажется, скоро будет светать.
- Я хочу видеть.
- И за это ты готов продать душу?
- Но ведь Вы тоже умираете. Я смогу Вам помочь?
- Прекрати меня на "вы". Я – Деметрий. Можно просто Дем.
- Дем, пожалуйста, не умирай!
О Боги! Что мне с ним делать?
Мягко высвободив свою руку из ладоней мальчика, я взглянул в осколок зеркала. Моё отражение меня напугало. Взъерошенный, бледный с огромными бездонно-голубыми глазищами. В какое чудовище превратило меня проклятье Катрин? Хорошо, что Дэниел меня не видит, а то только пятки бы от него сверкали при моём появлении.
Я поднял глаза на мальчонку. Он смотрел куда-то чуть выше моей головы стеклянным взглядом.
- Хорошо. Давай заключим договор. Я обязуюсь исполнить твоё желание всеми возможными и невозможными путями. А ты будешь хранить мою силу и мою жизнь в этом зеркале. Согласен?
- Да.
Должно быть обоюдное согласие, как говорила Катрин. Остальное произойдёт само по себе.
Положив в ладонь Дэниела Цертайна осколок, я накрыл его своей ладонью сверху. С минуту мы находились в немом молчании. Затем разряд молнии осветил всё небо и землю, и ударил прямиком в мою руку, лежащую сверху на ладошке мальчика, заставив меня зажмуриться от внезапной боли.
Малыш вздрогнул, но не двинулся с места.
- Испугался? – я убрал свою руку, оставив осколок в руке мальчишки. Хотел обнять его, но вдруг принялся растворяться в воздухе. Перед глазами всё перевернулось. Чувства притупились, холод сменился жаром. Я не успел ничего сообразить, как мир исчез передо мной.
Умираю?
Нет, это не было похоже на смерть, хотя я понятия не имел, каково это – умереть по-настоящему. Я пребывал в каком-то странном вакууме. Здесь не было границ, зато прекрасно ощущались все чувства, словно душу вымыли от всякой грязи и черни. Я понял, что не имею тела. Вместо физической оболочки у меня была лишь аура и энергетическое поле, окружающее со всех сторон. И из него я мог черпать сколько угодно магических сил.
Обрадовавшись этому, я принялся рисовать в сознании свой истинный облик с крыльями, с длинными когтями, с третьим глазом. И он открылся, возвращая мне потерянные силы.
Я с рыком вырвался из странного состояния в материальный мир. Крылья раскрылись, позволяя мне зависнуть над землёй... и врезаться в ветви дерева, под которым мы недавно прятались от ливня.
Я выругался на родном лючионском, пытаясь оторвать запутавшиеся в ветвях длинные волосы. Едва не оторвал вместе с головой, только затем опустился на землю.