Когда огонь погас, монстр ещё некоторое время стоял в стороне, но потом осмелел и пошёл ко мне. Я поднялся, цепляясь руками за каменные выступы в стене. Подпустив его на расстояние двух прыжков, кинул огненный шар через него, чтобы слегка отвлечь. Несмотря на дрожь в теле, в моих глазах заполыхала решимость. Почти умершее сознание всё ещё подсказывало варианты дальнейших действий.
Но гротеск повёл себя иначе, шарахнулся от огня вперёд и чуть не раздавил моё несчастное тело. Я успел отпрыгнуть в сторону, при этом больно ударившись плечом о камни. Что-то в руке хрустнуло. Надо же, ещё оставались до этого во мне целые кости.
Оклемавшись, я развернулся и услышал, что монстр таранит пещеру. Может, ему удастся сделать в камнях дыру? Но тогда он прямиком ринется на поселения дэонхов.
Пещера задрожала, с потолка посыпались камни и пыль. Я устало вздохнул и с ужасом заметил, что мутант снова несётся на меня. Думать в это мгновение не пришлось - инстинкты сработали сами. Один взмах крыльев, и я оказался над гротеском, сильно треснулся своей и без того пробитой головой о каменный свод, рухнул обратно прямо на монстра. Мир вновь перевернулся перед глазами, но я крепко вцепился когтями в плоть аномалии, пытающейся сбросить меня. Он размахивал огромными лапами, круша стены пещеры, пронзительно рычал.
Огонь врезался в тело гротеска, испепеляя его и не давая шанса увернуться. Рычание перешло на визг. При этом монстр закружился на месте от нестерпимой боли. Меня швыряло из стороны в сторону, передо мной всё плясало, но я продолжал жечь аномалию, решив, что это последний шанс избавиться от него.
Наконец, мутант поднял обе лапы-молота вверх, чтобы прибить меня, при этом грохнув ими о свод пещеры и вызвав новый камнепад. Я ринулся вниз. Не помню, как коснулся земли, но истерзанное тело не выдержало этой пытки и утянуло меня в чёрную пустоту.
Жуткая вонь вернула сознание обратно в реальный мир. Ноги и руки онемели, голова плохо соображала. Еле справившись с недугом, я развернулся.
Гротеск лежал на земле, засыпанный валунами, загораживая собой весь проход и истекая отвратительной желтоватой жидкостью.
Он был мёртв. По крайней мере, мне так казалось.
Он убил сам себя, обрушив на своё тело необычайно тяжёлые руки вместе с частью каменного свода. В потолке над ним зияла небольшая прореха, через которую проникал слабый сквозняк холодного лючионского ветра.
Я засмеялся от радости. Я одолел аномалию. Я жив!
Поднявшись, я перелетел через монстра, цепляясь крыльями за стены пещеры. Затем кое-как выкарабкался из трещины в потолке, ползя всё выше вверх, пока, наконец, не оказался на каменном хребте. Крылья мягко подняли моё тело над землёй, понесли к спортивной площадке. С высоты я заметил огромное столпотворение дэонхов. Турнир ещё не закончился, но основные мероприятия прошли. В это время молодых ребят уже зачисляли по распределению.
Недолгое счастье обернулось ужасом. Турнир прошёл без моего участия. И я умудрился где-то потерять свою медаль наёмника.
Я обречённо спикировал вниз прямо на площадь перед стоящими в ряд участниками. Тормозил руками. Приземлился и уткнулся лицом в землю. Со всех сторон послышались вскрики. Гул смешался в голове, но меня резко приподняли с земли. Я ничего не видел, только какие-то расплывчатые пятна. Кто-то кричал. Кто именно – разобрать было очень трудно. Я напрягся, пытаясь вернуться в реальность.
- Дэм, как ты? Дэм? Ты слышишь меня? Что произошло?
Знакомый голос. Знакомый до боли. Это Стиан.
Он постарался приподнять меня и шептал практически в ухо вопросы, на которые я не мог ответить.
- Сти… - всё, что удалось выдавить недвигающимися губами.
Постепенно боль отступала – регенерация дэонхов намного сильнее, чем у людей, а потому сознание прояснилось. Я смог увидеть обеспокоенное лицо друга. Рядом толпились другие мальчишки, теперь уже, верно, наёмники и охотники. И Стиан уже зачислен, так как его волосы были коротко обрезаны.
Его магическая способность – заморозка. Очень полезная вещь на заданиях, касающихся людей, которые легче всего могут поддаваться оледенению.