Я схватилась за простыни, чтобы удержаться и вскочить с кровати, обнаружив всю грязь на ногах.
— Ты говорила — три дня, сегодня только второй день.
Один изгиб ее брови, и Эндеры приготовились.
— И если я решу убить его сейчас, я буду иметь на это полное право.
Я с трудом сглотнула.
— Так ты это решила?
Что бы я сделала, если она скажет «да»? Попытаться снести Шахту до основания? Вытащить Эша силой?
Я бы спровоцировала войну между нашими семьями, войну, которой мир не мог себе позволить, даже я знала это слишком хорошо.
— Нет.
Всего одно это слово, и я выпустила пар.
— Слава Богине-матери.
— Не благодарите ее пока, — рявкнула она на меня. — Никто из вас не в безопасности. Возможно, ты и спасла меня от предательства, но я не доверяю тебе. И не буду доверять. Я чувствую, что ты пытаешься втереться ко мне в доверие.
Я ничего не смогла с собой поделать, и мои глаза расширились, а она развернулась и гордо вышла из моей комнаты. Ее Эндеры тихо последовали за ней. Я вскочила с кровати и мигом натянула на себя все ещё тёплую одежду.
Что она хотела этим сказать? Втереться к ней в доверие, как меня можно было заподозрить в этом?
Пета мяукнула и прикоснулась к моему колену лапой.
— Подними меня, замарашка.
Я наклонилась и сделала, как она попросила, и она свернулась у меня на плече со вздохом, в котором слышалось облегчение, а ещё больше боль.
Я замерла на пороге комнаты, и очутилась шок, почувствовав боль глубоко в недрах Петы.
— Пета, она причинила тебе боль?
— Это ее способ заставить фамильяров говорить правду, — ее дыхание было прерывистым, ее ребра под моими руками были сломаны и смещены. Мои нервные окончания зажглись внезапной и острой яростью. Вот чем была та боль, которую я почувствовала, когда Фиаметта подняла Пету. Я зашагала через дверной проем и по дому, подпитываясь своим гневом.
Фиаметта стояла, ожидая меня со скрещенными руками, но я не притормозила перед ней. Я практически врезалась своим лицом в нее и подалась вперед всем телом, чтобы оттолкнуть ее назад.
— Если ты снова прикоснется к моему фамильяру, хоть раз, я обрушу всю эту гору тебе на голову. Поняла?
Пета застонала и спрятала морду за моей шеей, но я не отвела глаза от Фиаметты. Оба Эндера развернулись, когда я заговорила, но она подняла руку, останавливая их. Она посмотрела на меня нарочито безразлично.
— Она создание Шахты, поэтому подчиняется мне.
Я оттолкнула ее ещё сильнее назад своим телом, сделав ещё шаг.
— Она создание Богини-матери, дарованное мне. Она моя Фиаметта. Не забывай об этом.
Гора вокруг нас загрохотала, и красные всполохи магии возникли от пальцев до плеч Фиаметты.
— Желаешь сразиться со мной, Терралинг? Проиграешь.
— Не будь так уверена в этом, — рявкнула я, в первый раз видя следы магии над своими руками. Глубокий зелёный со следами проглядывающего сквозь него розового, придающего основному зелёному более насыщенный цвет.
— Может быть, ты и королева, но ты слепа. Кто-то хочет свергнуть тебя, но ты так самоуверенна, ты думаешь, что справишься с этим в одиночку.
Ее голубые глаза расширились.
— Я убила предателя.
Я сделала шаг назад и покачала головой.
— Ты думаешь, он был один? Он сказал, что у него был другой повелитель, кроме тебя. А ещё огненные змеи. Ты можешь истребить их, словно они ничего не значат.
— Что ты знаешь о огненных змеях?
Она подалась ко мне.
— Я знаю, что их заставляют нападать на тебя. Чтобы ты поверила, что они и есть настоящая угроза.
Ее глаза стали задумчивыми. Она подняла левую руку и поманила Эндера, стоящего там же.
— Что ты скажешь?
Он склонил голову.
— Никто здесь тебе не соперник, моя королева. Тебе нет равных и не будет ещё тысячу лет.
Ещё один взмах руки, и оба Эндера сделали шаг назад, достаточно далеко, чтобы не иметь возможность подслушать нас.
Было похоже, что Эндер уже говорил это раньше, он сделал это механически, его слова были бездушными.
Фиаметта фыркнула.
— Именно поэтому, — она указала на Эндеров, — я не убила тебя, Лакспер. Ты не отступаешь предо мной и, хотя ты и раздражаешь меня одним своим видом… Я не могу отрицать, что ты говоришь то, что думаешь правдиво, чего я не слышала уже очень давно. Это интересно, как ты рассуждаешь об огненных змеях. Действительно интересно.
Она подняла руку к Пете, но я отвела плечо, на котором сидела кошка, подальше от Фиаметты. Королева опустила руку.
— Идём, встреться со своим другом. Мы позже поговорим о том, что простым Эндерам слышать не положено.