Внутри зарокотала сила земли как никогда раньше, и я наводнила ею дверь, взорвав ее и заставив отлететь того, кто сдерживал дверь, сопротивляясь мне. Я стояла на коленях с закрытыми глазами, а мимо проносились Саламандры, больше не беспокоясь о том, кто я. А со мной заговорило само мироздание. Всего лишь слово, но такое значимое для меня.
«Молодец».
Голос принадлежал не Богине-матери, он принадлежал мужчине, и я его не узнавала. Я медленно открыла глаза в то время, как Фиаметта проходила сквозь отверстие. Она встала на противоположной стороне.
— Торопитесь, лава прямо за вами.
Ее слова вывели меня из задумчивости, в которую я погрузилась. Я оглянулась и увидела, как лава крадётся вдоль тоннеля, сверкая свирепым красным цветом, цветом глаз демона. Я положила руку на Пету.
— Дети, — сказала я. — Мы не можем оставить их Чёрному Дрозду. Они были его запасным планом, я уверена. А теперь у него появились все основания использовать их.
Кактус отпрянул от меня.
— Дети живы? Мы можем до них добраться?
Я кивнула и встала, ощутив полную уверенность.
— Нам придется.
Одним взмахом руки я обрушила проход, погрузив нас в тусклое свечение заполненного лавой тоннеля.
Глава 23
К нам подбиралась лава, и я встречала ее с поднятой головой.
— Черный Дрозд, я знаю, ты меня слышишь. Мне плевать на твои игры, но я хочу забрать детей. Всех, и змей и Саламандр.
Пещеру заполнил низкий раскатистый смех, к нам приближался темный силуэт, идущий по лаве, словно по земле. Очевидно, от жара его защищало кольцо на пальце, словно он был истинным Саламандрой.
— Милая маленькая Лакспер, ты мне солгала. Ты сказала, что уйдешь и оставишь Фию для меня. Но вот ты здесь, стоишь между нею и мной. Ай, как нехорошо.
Я сжала челюсти.
— Ее ты можешь забрать, мне все равно, но ты не можешь убивать детей. Я этого не потерплю.
— Что ж, тогда хорошо, что они надёжно спрятаны. Ужасно, что ты злишься на меня, — он остановился примерно в двадцати футах от нас, прямо на краю лавового потока и наклонился, прижав одну руку к щеке. — Дети, они станут отличными козырями, видишь ли.
Он поднял другую руку.
— Но ты стоишь у меня на пути, и, хоть мне совершено не хочется, но придется убить тебя и твоих друзей.
Лава хлынула вперёд, и я подняла руки, взрывая землю перед нами. Под ногами загрохотала гора, и я тихо попросила прощения, прорывая в ней дыру настолько глубокую, насколько могла. Лава полилась в яму, пузырясь по краям.
Черный Дрозд склонил голову набок, словно действительно был птицей.
— Сломала внутренние блоки, да? Умница.
Он поднял руки, и от его ладоней к плечам заструилась зелёные линии силы. Он действительно мог управлять силой земли. Дух, земля, вода и кольцо, дающее ему власть над силой огня. Но я видела, что он собрался сделать, и выставила рука над головой, чтобы остановить его.
Над нами заскрежетал потолок, и сверху на меня обрушилась гора всем своим весом.
Кактус тихо прошептал:
— Вот дерьмо, он хочет раздавить нас как букашек.
Пета задрожала.
— Он просто выродок.
По рукам стекал пот, пока я пыталась удержать гору. Гравитация была на стороне ублюдка, так что счёт сложился в его пользу. Внезапно в пещере поднялся сильный ветер, и нас четверых отбросило к обломкам двери. В этот момент оборвалась моя связь с землёй, и начался настоящий камнепад.
Я не смогла придумать ничего лучше, чем убраться подальше от потолка.
— Держитесь! — крикнула я и разверзла под нами землю под небольшим уклоном, чтобы предотвратить свободное падение.
Над нами грохотали камни, и некоторые упали вместе с нами. Но, послав свою силу наверх, я смогла предотвратить падение самых больших из них.
Прекратив падение, я оглянулась по сторонам, точнее, попыталась. Мы находились в полнейшей и беспросветной темноте.
— Кактус?
— Я здесь, — ответил он.
Я попыталась встать, но врезалась во что-то головой.
— Эш, скажи что-нибудь.
Слева от меня послышался стон, и я поспешила в ту сторону, руками пытаясь нащупать Эша.
— Ты ранен?
— Нет, только чуть-чуть помят, — сказал он.
Стены вокруг загрохотали, и я застыла, переплетя пальцы с Эшем. Пета мяукнула, припав к моим плечам.
— Ларк, ты точно доведешь меня до смерти, да?
Я потянулась к своей силе, радуясь тому, что с лёгкостью могу ее использовать, хотя ситуация и становилась довольно дрянной.
Вокруг посыпались камни и грязь, и внезапно я смогла видеть. Ко мне повернулась белая чешуйчатая голова. Аметистовые глаза засияли, когда Шрам выпустил струйку огня, чтобы осветить пространство. Кактус был покрыт грязью, как и Эш. Пета же, как ни странно, выглядела не так уж и плохо.