Денис уже привычно переоделся в скафандр и, не ожидая остальных, занял свое командирское место. Снова пискнул, просыпаясь, комп:
— Все системы — статус «зеленый», запас рабочего тела сто процентов. Тактический корабль «девятнадцать двадцать шесть» к полету готов.
Новых сообщений на этот раз не последовало — оно и понятно, командование до сих пор обрабатывало полученную с «Нигона» информацию. Им вряд ли что было сейчас сказать, значит, будут отвлекать потом, уже в пространстве.
Желая рассмотреть происходящее, Денис активировал коммуникационные системы «Живучего». Уровень командира корабля позволял получать упрощенные данные о положении войск, достаточные для приблизительного ориентирования в обстановке. Денис вывел на стены внешний обзор, а на консоль перед собой — синтезированную картинку, отображающую текущее состояние дел.
Наружный обзор его пока не интересовал, «Живучий» висел на стороне корабля повернутой от планеты, так что кроме внешней обшивки «Авера», задницы висящего впереди такшипа и звезд, камеры больше ничего не показывали. Гораздо интереснее складывались дела на тактическом экране.
Флот находился в трети световой секунды от Ирис, ковыляя на пятнадцати километрах в секунду. Шли классическим зонтиком, когда оба линкора, окруженные фрегатами, прикрывали собой колонну вспомогательных кораблей и носителей. «Авер», шедший во главе этой колонны, отставал от основного ударного ядра флота на пару тысяч километров. Оптимальный походный строй. Ведь если «Нигон» ошибся, или крупные корабли аспайров способны взлетать с планеты, тогда ударные суда дадут полное ускорение, транспорты начнут торможение, а с «Авера» и «Ганнибала» начнут стартовать их питомцы.
В наушнике щелкнуло, и Заремба меланхолично доложил:
— Командир, экипаж на борту. Прикажете задраить шлюз?
— Герметизируй.
На самый краешек консоли Денис вывел модель такшипа и теперь наблюдал, как закрывался внешний люк. Точки, отмечающие членов экипажа, медленно расползались по своим местам. Команды на готовность все не поступало, и можно было никуда не торопиться. Чуть ли не впервые за эту проклятую войну. И это было чудесно! Ведь люди устали от непрерывных сражений, и лишняя нервозность могла переполнить чашу их терпения.
— Дивизион, внимание! Готовимся получить полетные задания.
Ну вот, началось! Денис ткнул в иконку навигатора:
— Стю, начинай считать траектории.
— Так у меня есть готовый шаблон выхода на орбиту. Я заранее скачал местные условия, типа гравитации, высоты атмосферы и прочего. Теперь только наши текущие данные подставить и желаемое место и время прибытия. Две минуты, босс.
— Отлично. Заремба, что у нас с тачкой?
— В пределах нормы.
— А поточнее?
После небольшой паузы бортинженер ответил:
— Левый двигатель на тесте выдал легкое снижение мощности магнитного поля. Три десятых процента, в пределах нормы для «Аллисонов» этой серии.
Денис несколько обеспокоено поинтересовался:
— Уверен?
— Все в порядке, командир, я отлично знаю эти движки. Магнитное поле бывает нестабильным, это факт.
Отключившись, Денис стал рассматривать вращающийся барабан жилого модуля, кусочек которого виднелся из-за прицепленного впереди такшипа. Вращение модуля явственно замедлялось — значит, и правда скоро в бой.
— «Девятнадцать двадцать шестой», это полетный контроль. Доложите готовность.
Очнувшись от наваждения, Денис сухо отрапортовал:
— Полетный контроль, это «девятнадцать двадцать шестой». К старту готовы.
— Ожидайте команды на вылет, «девятнадцать двадцать шестой».
Их снова вела Вика, и голос ее был столь же сладостен и волнующ. Но сегодня Денис испытал лишь глухое раздражение. И пусть он изначально понимал, сколь призрачны его шансы, все равно слышать ее голос и знать, что она любовница второго помощника «Авера», было выше его сил.
Пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, Денис пробежался пальцами по экрану, выводя информацию о такшипе, и вздрогнул, рассмотрев, что несет в торпедных отсеках. Дурная ревность моментально вылетела из головы, Денис включил командный канал дивизиона:
— Здесь «два четвертый».
Марченко ответил не сразу, видимо занятый радиопереговорами с более высоким начальством. Денису секунд сорок пришлось повисеть на связи, прежде чем в наушниках раздался глуховатый голос комдива:
— Слушаю, «два четвертый».
За время ожидания эмоции Дениса поулеглись, и потому спросил он почти спокойно: