— Итак, вы — самый главный ксенолог и специалист по аспайрам? — глядя в упор на бледного ученого, спросила аш-Шагури.
— Специалист по аспайрам?.. Ну да, наверно, — после небольшой паузы ответил Корнелли. — Вот только ксенология, именно как научная дисциплина, впервые появилась лишь в позапрошлом году. Непосредственно после инцидента с «Ихневмоном». А до этого ее и наукой можно было лишь с натяжкой назвать. Так, несерьезная игра с вольной комбинацией слишком многих неизвестных. И к тому же…
Как только речь зашла о его работе, профессор Корнелли заметно успокоился, с лица исчезло испуганное выражение и, судя по вдохновенному тону, ученый готовился прочитать президенту Земной Лиги обширную вступительную лекцию. Но аш-Шагури оборвала ученого на полуслове:
— Все это неважно, господин Корнелли. Вы уже получили материалы с Иллиона?
— Да, госпожа президент. Вот уже третьи сутки наш отдел трудится над ними не покладая рук. И вы знаете, получаются очень интересные выводы. Вот, например…
— Отлично, — чуть резко, пресекая очередную лекцию, произнесла аш-Шагури. — Если вы ознакомились с материалами, то у меня к вам всего один, но очень серьезный вопрос!
Настоящие ученые часто немного не от мира сего. Наверное, это расплата за служение науке. Еще будучи сенатором, аш-Шагури много общалась с ученой братией. Вот почему, прежде чем задать самый главный вопрос, она дала ксенологу осознать важность момента.
— С аспайрами можно хоть как-то договориться? — спросила аш-Шагури.
— Информации об объекте исследований у нас крайне мало, но с большой уверенностью я могу повторить то, к чему мы пришли еще два года назад: аспайры считают нас слабейшими, теми, кого можно и нужно уничтожить. И, учитывая результаты случившегося сражения, лично я не рекомендую вам даже начинать переговоры о мире. Они, и в этом уверен не только я, даже попытку выйти на связь сочтут проявлением слабости и еще больше укрепятся в своем первоначальном мнении о нас. Начинать дипломатические переговоры имеет смысл только после одной, пусть и маленькой, но победы.
Профессор разошелся не на шутку. Первоначальная робость слетела с него, как кожура с перезревшего банана. Ученый разогнул спину, расправил плечи и в запале речи водрузил свой планшет на рабочий стол президента, даже не заметив этого.
— Но главная проблема даже не в этом, госпожа президент! — Корнелли устроился в мягком кресле поудобней. — О самих аспайрах, об их психологии, обществе, социальном устройстве, нравах, обычаях и языке мы абсолютно ничего не знаем! Никто из нашего отдела не возьмется писать им послание. А ведь неправильно написанное предложение, пусть даже самое учтивое в целом, может оказаться фатальным! Например, кто у них самый главный? Диктатор, президент, наместник бога?.. Первая же фраза, первое же обращение может испортить и сорвать все переговоры. Мы, как самый необходимый минимум, должны знать их язык. Но даже этим мы похвастаться не можем! — Шумно выдохнув, профессор Корнелли обмяк в кресле.
— Неужели все так плохо? — переваривая полученную информацию, поинтересовалась аш-Шагури.
— Увы, госпожа президент. Я понимаю: с моей стороны верх наглости указывать вам, но я бы не советовал осложнять жизнь военным. Им сейчас и так не сладко. Еще несколько веков назад самые первые ученые, которым хватило наглости назваться ксенологами, предсказывали слабость межвидовой дипломатии. Даже в нашей истории достаточно случаев, когда договоры, пакты и обязательства в один момент превращались в никчемные бумажки.
Распалившись вновь, Корнелли, казалось, обличал всю нескладную историю и современное состояние человеческой дипломатии.
— Нам совершенно нечего предложить аспайрам и совершенно нечем их припугнуть. Всё, буквально всё, они могут получить силой! Так зачем же тратить время на бесплодные переговоры? Возле Иллиона радиоразведка перехватила много сигналов, но среди них нет ни одного, который можно было бы назвать приглашением к диалогу. Они даже не пытались выйти на связь.
Увлекшись, профессор мазнул кончиками пальцев по столешнице. Естественно, компьютер его действие не авторизовал, но сам жест почему-то показался Салии забавным. Неуклюжий ученый, что касается святая святых, компьютерного терминала президента Лиги.
— В истории Земли бывали случаи, когда проигравшая сторона со временем становилась частью победившей ее. Ну или растворяла в себе. Как, например, растворил монголов Китай. И те и другие с течением веков сливались в единый этнос. С аспайрами, с абсолютно другим биологическим видом, мы никогда не сольемся в один народ. И кто-то из нас должен быть уничтожен. Иначе — никак.