“Похоже Рашир был прав, когда называл меня чересчур мягкотелым!” – мелькнула в его голове не слишком оптимистичная мысль.
Между тем Дайро надоело ждать ответа наёмника, и он обнажил стилет. Несмотря на то, что Риза по-прежнему терзали сомнения, он сделал свой выбор.
- Подожди, не надо, - сказал он чуть громче, чем хотел.
Аламарец нахмурился.
- Чего ждать? Назови хотя бы одну причину оставить в живых эту тварь! – в голосе Дайро отчётливо слышалось раздражение.
- Она ещё может нам пригодиться.
- В качестве кого? Дорожной шлюхи? В своём нынешнем положении она больше ни на что не способна, а возвращать ей силы я не намерен.
- Мы не будем её убивать! – проговорил Риз с нажимом.
Дайро лишь презрительно хмыкнул, демонстративно повернулся к наёмнику спиной, и уверенным шагом направился к Шэйде. Огненная ведьма испуганно сжалась, увидев в холодном взгляде аламарца смертный приговор. Девушка готова была посулить ему все блага мира, лишь бы он оставил её в живых, но впав в ступор, не смогла произнести ни слова. Едва он занёс стилет для удара, как Риз воскликнула:
- Только тронь её, и больше ничего от меня не услышишь! Будешь искать этого проклятого гуся сам!
Дайро замер, остановив стилет в паре сантиметров от горла Шэйды. Сама ведьма затаила дыхание, перестав дышать. Опустив оружие, аламарец медленно обернулся к Ризу. Когда два напряжённых взгляда встретились, наёмник поневоле сравнил аламарца с готовым к броску диким зверем. Но даже почувствовав себя добычей хищника, своего решения Риз не изменил, и взгляда не отвёл.
- Ты хорошо всё обдумал? – осведомился аламарец тихим вкрадчивым голосом.
Наёмник без малейших колебаний кивнул, и с губ Шэйды сорвался облегчённых вздох. Из взгляда Дайро тут же исчезла враждебность.
- Ладно, пусть живёт. Пока, - сказал аламарец, убирая стилет за пояс.
Повернувшись спиной к Ризу, аламарец быстрым шагом пошёл прочь.
- Ты куда? – окликнул его наёмник.
- Немного пройдусь, - ответил Дайро, даже не соизволив обернуться.
Глядя ему вслед, Ризандер думал о принятом решении. Наёмник не видел на что способен Дайро, но ни на секунду не сомневался, что тот обязательно прикончил бы пленницу. Лишь его настойчивость сохранили девушке жизнь, однако интуиция подсказывала Ризу, что ставить аламарцу подобный ультиматум было ошибкой, и что проявление милосердия ещё выйдет ему боком.
Между тем отошедший на приличное расстояние Дайро рухнул на одно колено, устремив взгляд в песок. После того как он отнял у ведьмы её силы, находится рядом с ней стало чуточку проще, хотя желание оторвать ей голову полностью не исчезло. Дайро не тешил себя иллюзиями, и прекрасно понимал, что убил бы проклятую ведьму ещё в Абраксе, не став разбираться кто она такая и какие цели преследует. Сердце Шэйды по-прежнему билось в большей степени благодаря рубиновому оку, которое аламарец всё время носил с собой, а не благодаря его силе воли. Трудно одержать победу в борьбе с самим собой, и ещё труднее противиться своей природе.
Вспомнив о сестре, благодаря которой ему и удалось узнать о планах Рашира, Дайро сжал руки в кулаки. Было ли дело в природной выдержке и силе воли, или в чём-то другом, но девчонке удавалось сдерживать свои инстинкты гораздо успешнее, чем ему. Во время их последнего общения сестра пожелала Дайро удачи, но вместе с тем посоветовала ему отказаться от дальнейших поисков, считая их напрасной тратой времени и сил. Дайро считал иначе, и был готов идти до конца. В этом он был очень похож на своего ныне покойного отца, сгинувшего среди бескрайних песков. Вот уж кто никогда не подавлял свои хищные инстинкты, и всегда настигал намеченную жертву. При этом сама охота была для него гораздо важнее конечного результата.
Глаза Дайро вспыхнули неестественно ярко, стоило ему вспомнить об ультиматуме Риза. Наёмник не обладал магическим даром, но прикончить его аламарцу хотелось гораздо сильнее, чем Шэйду. Ризандер был для него одновременно проводником и обузой. Подобная двойственность раздражала ничуть не меньше, чем узколобость наёмника. Сначала пожалел и подобрал бесполезного мальчишку, затем вдруг проникся сочувствием к ведьме, которая шпионила за ними. Дайро не знал наверняка была ли всему виной чрезмерная мягкотелость или же банальная глупость, но пообещал самому себе, что когда надобность в Ризандере отпадёт, наёмник ответил ему и за свой ультиматум, и за всё остальное.
Почувствовав себя лучше, закончивший копаться в себе аламарец поднялся с колен, и побрёл обратно. Вернувшись к кратеру, Дайро первым делом вырубил Шэйду, правда не таким деликатным способом как в прошлый раз, а ударом рукояткой стилета в висок. Закинув потерявшую сознание пленницу на коня, и наткнувшись на осуждающий взгляд наёмника, аламарец натянуто улыбнулся.