Однако толстяк считал иначе. Нагнав огненную ведьму, он схватил её за руку, грубо развернул к себе лицом, и согнулся в три погибели, получив коленом в живот. Не успел схватившийся за толстое брюхо наглец опомниться, как к его шее уже был приставлен изогнутый кинжал.
- Только попробуй ещё раз до меня дотронуться, жирная свинья. Это будет последнее, что ты сделаешь в этой жизни, - грозно проговорила Шэйда.
Толстяк на это ничего не ответил. Лишь стиснул зубы, и сжал руки в кулаки. Отведя лошадь в стойло под навесом, огненная ведьма и её спутник заняли просторную одноэтажную хибару у западной стены. Из мебели в доме обнаружились лишь две одноместные кровати с шерстяными одеялами, два шатающихся стула на двух ногах, и деревянный стол. Шкафов и сундуков для одежды в домике не оказалось. Широко зевнув, Джарек лёг на одну из кроватей, даже не став снимать обувь.
- Как скоро мы доберёмся до Наргаса? – спросил мальчишка усталым голосом.
- Если отправимся в путь с первыми лучами солнца, будет двигаться с той же скоростью, и делать как можно меньше остановок, то будем на месте уже завтра ближе к вечеру, - ответила Шэйда, расстёгивая туфли.
Джарек коротко кивнул, повернулся на другой бок, и прикрыл глаза. Несмотря на сильную усталость, заснуть юному фениксу не удалось. И причиной тому был не жёсткий матрас, а тревожные мысли. Заветная цель, казалось бы, была так близка, и поводов для беспокойства нет, тем более когда тебя защищает ведьма-пиромант. Однако Джарека не покидало ощущение, что судьба-злодейка снова подбросит ему неприятный сюрприз. Попытки убедить самого себя, что всё это ерунда, и напрасно он беспокоится по поводу завтрашнего дня, не увенчались успехом, и Джарек решил немного прогуляться, и подышать свежим воздухом. Стараясь не шуметь, и не разбудить Шэйду, мальчик поднялся с кровати, и вышел на улицу, тихонько прикрыв за собой дверь.
Прохладный вечерний воздух хоть и не развеял все его тревоги, но напряжение понемногу начало отступать. Дойдя до глубокого колодца, Джарек облокотился о бортик, и посмотрел вниз. Секунд десять мальчик глядел на воду, пока чья-то вонючая рука не зажала ему рот. Юный феникс вздрогнул, и начал брыкаться, а когда неизвестный взял его в охапку, и слегка приподнял над землёй, укусил его за руку.
- Ах ты маленький ублюдок! – взвыл похититель, после чего плохо пахнущая рука переместилась со рта Джарека на его шею.
Неизвестный так сильно надавал ему на шею, что мальчишка едва не потерял сознание, и уже не мог оказать достойного сопротивления – лишь беспомощно дёргать ногами, и пытаться заехать похитителю локтем по корпусу. Дотащив свою жертву до первой попавшейся хибары, похититель, коим оказался Тасар, затолкал его внутрь, и повалил на пол. Врезав попытавшемуся подняться мальчику ногой в живот, толстяк запер за собой входную дверь.
После того как Тасар поставил ему ногу на спину, и одним резким рывком сорвал с него штаны, Джарек оцепенел. Толстяк начал что-то торопливо бормотать, но мальчик его уже не слышал. Джарек хоть и был ещё слишком мал, однако практически сразу же понял что с ним собирается сделать Тасар. Спустив штаны с себя, толстяк вытащил ремень, наклонился, и торопливо связал руки жертвы, а когда не унимающийся мальчишка начал брыкаться с новой силой, и громко звать на помощь, больно ударил его кулаком в бок, и заткнул ему рот какой-то вонючей тряпкой. Несмотря на боль в правом боку, Джарек продолжил брыкаться. Все надавние страхи касательного завтрашнего дня вылетели из его головы, и казались несущественной ерундой. Даже возвращение утраченной сущности отошло на второй план. Сейчас Джареку хотелось одного – чтобы весь этот кошмар поскорее закончился, и чтобы его мучитель исчез.
Не догадываясь о том, что испытывает его жертва, торжествующий насильник наотмашь шлёпнул Джарека по голому заду, вскрикнул от боли, и тут же отдёрнул руку. Глядя на обожжёную руку, Тасар почувствовал, как температура тела мальчика начала стремительно повышаться. Дошло до того, что через несколько секунд одежда на мальчишке и вовсе вспыхнула. Рухнувший на пятую точку толстяк испуганно пополз к двери, путаясь в болтающихся ниже колен штанах. Глаза его расширились от страха, когда его жертва поднялась на ноги, и медленно обернулась. Огонь сжёг почти всю его одежду, но мальчишка будто не чувствовал боли. В мгновение ока жертва и мучитель поменялись местами.
Стоило Джареку вытянуть руки в стороны, как огонь разгорелся ещё сильнее. Хотя их разделяло несколько метров, затаившему дыхание толстяку показалось, будто он стоит перед открытой печью. В тот момент, когда на теле мальчика не осталось ни клочка одежды, весь огонь внезапно перекинулся ему на спину. Истекающему потом Тасар тут же обмочился. Стоило мальчишке сделать шаг в сторону несостоявшегося насильника, как огонь за его спиной изменил форму. Выглядело это так, будто приближающийся ребёнок отрастил большие огненные крылья. Тасару следовало подняться на ноги и бежать отсюда прочь без оглядки, но вместо этого перепуганный до полусмерти толстяк выставил перед собой руку, и прокричал: