- Исчезни, проклятая тварь! Оставь меня в покое!
Но чуда не случилось. Мальчишка с огненными крыльями никуда не исчез, и подошёл ближе. Даже просто находится рядом с ним было невыносимо. Из-за нехватки кислорода толстяк начал задыхаться, а кожа на его лица стала пузыриться и сползать.
- Не трогай меня, проклятое отродье, – едва слышно проговорил Тасар.
Ответа не последовало, но толстяк в нём не нуждался. Во взгляде недавней жертвы не было ни капли жалости – лишь праведный гнев, и желание стереть обидчика в порошок. Так и не сказав Тасару ни слова, Джарек широко расправил огненные крылья. Поняв, что это конец, толстяк прикрыл лицо руками, и закричал от боли, когда мальчишка накрыл его своими крыльями.
***
В отличие от Джарека и Шэйды, Ризандер не успел добраться до населённого пункта, и решил заночевать прямо в пустыне. Набредя на одинокое деревце, наёмник привязал коня к его стволу, присел на землю, и прикрыл глаза. Оставаться здесь до утра рантирец не планировал – лишь вздремнуть пару часиков, и продолжить путь до Наргаса. Но проснулся Ризандер намного раньше, когда чья-то холодная рука коснулась его щеки. Резко открыв глаза, наёмник инстинктивно выхватил кинжал, и чуть не вонзил его в шею Илена. Склонившаяся над сыном графиня Фалькерн выглядела и была одета точно так же, как и в ту злополучную ночь, когда они были вынуждены покинуть родину. На лице женщины сияла улыбка, но в глазах виднелась затаённая грусть.
- Здравствуй, сынок. Ты даже не представляешь как я рада тебя видеть, - проговорила Илена, поглаживая Риза по щеке.
Ризендер ничего не сказал матери – лишь опустил оружие, и убрал его за пояс.
- С того момента, как мы потеряли друг друга из виду, прошло так много времени. Ты очень сильно изменился, стал совсем взрослым.
- Зато ты ничуть не изменилась за прошедшие годы, и я даже знаю почему, - всё же заговорил Ризандер с матерью.
- И почему же?
- Потому что всё это – всего лишь сон.
- Нет, не сон. Я реальна.
- Ты умерла двенадцать лет назад. Кучка безумных дикарей убила тебя. Я видел это своими собственными глазами.
В ответ на это Илена неожиданно подалась вперёд, и поцеловала Риза, и поцелуй этот был отнюдь не материнским. Ризандер замер в нерешительности, а когда рука графини коснулась его паха, резко оттолкнул Илену. Даже для сна, а наёмник по-прежнему считал, что спит, и видит сон, это был явный перебор.
В глазах женщины, упавшей на пятую точку, промелькнул гнев. Несколько секунд мать и повзрослевший сын напряжённо смотрели друг на друга, пока золвещую паузу не прервал смех Илены. Риз сам не понял как так вышло, но его рука будто сама потянулась к кинжалу.
- Что именно ты видел, глупый мальчишка? – резко спросила графиня Фалькерн, перестав смеяться.
- Как тебя привязали к столбу, и сожгли на костре, - ответил Ризандер.
- Нет, всё было не так. Ты видел не как меня сожгли, а лишь как собирались сжечь. Почему ты так уверен, что они это сделали? Могло ведь произойти что-то, что их остановило. – Глаза Илены недобро сверкнули. – Но нет, ты решил, что я мертва. Не потому что увидел мою смерть, а потому что так гораздо проще.
Удар достиг цели, заставив рантирца чувствовать себя бесчувственным эгоистом. Узнав о том, что проклятие снято, и видений больше не будет, Ризандер испытал облегчение, даже не вспомнив о матери. А ведь он так и не увидел чем всё закончилось в дикарской деревеньке, ведь видение прервалось в самый неподходящий момент.
- Уходи. Просто уходи, - проговорил он усталым голосом.
- Или что? Разобьёшь ей голову, как и мне? – раздалось позади.
Ризандер подскочил как ужаленный, узнав этот голос. Из-за дерева вышел Дайро. Из раны на его виске текла кровь, но аламарца это будто не волновало.
- Скажу честно – не ожидал. Тебе удалось застать меня врасплох. Но больше этого не повторится, - проговорил Дайро тихим вкрадчивым голосом.
Риз ничего не ответил, а лишь попытался опровергнуть сказанное. Выхватив скимитар, наёмник сделал резкий выпад, метя аламарцу в грудь. Однако Дайро подпрыгнул вверх, сделал сальто, и приземлился за спиной у наёмника. Резко обернувшийся Ризандер нанёс круговой удар, но лишь рассёк воздух над головой. Но не над головой Дайро, а над головой темноволосого мальчика, в котором рантирец узнал самого себе в двенадцатилетнем возрасте. Секунд пять Риз и его юная копия молча смотрели друг на друга, после чего наёмник почувствовал, что ему стало трудно дышать. Рантирец схватился за горло, и открыл рот, из которого тут же хлынула морская вода и водоросли.