— Я так рада, что я не Люциан.
— Я тоже, но размер — это ещё не всё, — обстоятельно объяснял он.
— А у тебя есть Драконианец?
— Да, его зовут Андреас, но ему всего десять лет.
— Десять лет? — я была сбита с толку. Кажется, это слишком юный возраст, чтобы иметь дракона.
Он кивнул, и от широкой улыбки его глаза загорелись.
— Как ты узнал, что он твой Драконианец?
— Дракон всегда знает.
Мы двинулись дальше. Следующими шли рыцари с турнирными копьями и в тяжелой броне. Там даже был изображен Йорк и некоторые страны Восточной Европы с фигурками драконов, парящих в воздухе и выдыхающих огонь на ничего не подозревающие деревни.
Ченг вздохнул.
— Из-за Солнечных Взрывов и Лунных Ударов в давние времена было действительно трудно думать, что драконов можно укротить.
— Ты имеешь в виду мир до создания стены?
— Ага.
— А сколько уже стоит стена?
— О, последние девять сотен лет, — ответил он.
— Ты когда-нибудь бывал на той стороне?
— Я очень хочу, но говорят, что Металлическим драконам сложно возвращаться сюда. Нам нравятся люди, и мы чувствуем себя более значимыми на другой стороне. Вот почему моя мама боится разрешить мне, — объяснил он.
— Так, разрешение должны давать законные представители?
Он кивнул.
— И до каких пор?
— Всегда.
— Вот отстой, — сказала я, и он хмыкнул.
— Да, у вас, у людей, все гораздо проще.
— У нас, у людей? Это некрасиво, — поддразнила я.
— Елена, ты же знаешь, что я имел в виду.
— Я просто шучу, Ченг, и да, я знаю, что ты имел в виду.
Мне стало жаль, что у нет возможности последовать за зовом сердца без разрешения матери.
— После вас, — он показал мне дорогу, и мы перешли к следующей экспозиции. Это была какая-то полоса препятствий, которая напомнила мне фильм «Первый Рыцарь» с Ричардом Гиром и Шоном Коннери. Персонаж Гира должен был пройти полосу препятствий, чтобы получить поцелуй от прекрасной Гвиневеры. Препятствия были уменьшины, и я поглядела на детали молотов, скользящих мимо друг друга, и огромных валунов, катящихся вниз. Бревна с качающимися шарами очень быстро вращались. Даже поверхность, по которой проходил участник, чтобы пройти через препятствие, двигалась.
— В прежние времена это было развлечением, — сказал Ченг.
Я представила себя, крошечную, пытающуюся пройти все с одного раза. Да меня просто расплющит двумя сталкивающихся друг с другом камнями.
Следующей экспозицией шел грот. «Священная пещера». Детали, использованные для демонстрации модели, были просто потрясающими.
— Что это?
— Пещера, в которую войдут лишь храбрые и отчаянные.
— Для чего?
— Чтобы заполучить самую ценную вещь во всей Пейе — мельничный пруд настолько магический, что может показать все, что хочешь узнать. Будь то прошлое, настоящее или будущее, он откроет все тому, кто смотрит на его поверхность.
Я с любопытством рассматривала экспозицию.
— Впрочем, это не так уж легко. Цена высока. Если ты не можешь выстоять против того, что скрывает пещера, тогда она забирает твою жизнь.
— Кто-нибудь когда-нибудь выходил оттуда живым? — спросила я. Я не могла оторвать глаз от деталей. Тысяча ступеней напоминала мне о китайских храмах. Ступени вели к огромным дверям в пещеру, окруженную лесом.
— Да, но только очень немногие. Самое забавное, что все они были женщинами.
Я знала, что сейчас он выдаст еще одну из своих теорий, но у меня было слишком много вопросов.
— А что внутри?
— Кроме того, что там есть пруд, больше ничего не известно. Пять женщин, которые вышли оттуда, никогда не рассказывали, что они видели или делали. Никто не знает почему. Это очень загадочно.
— Ух ты.
Я была очарована его рассказом, но нам нужно было двигаться дальше.
Мы пошли дальше по выставке и пришли в комнату, которая демонстрировала состязания, которые проходили рыцари. Некоторые состязания были на конях, в некоторых приходилось сражаться один на один. Последнее выглядело в некотором роде как групповая битва.
— Говорят, что солдаты должны были проходить эти испытания, чтобы поддерживать себя в форме для войны. В те времена шла война между твоим видом и моим, — продолжил Ченг.
— Люди могут быть такими ужасными, — сказала я, расстроившись. — Что-нибудь поменялось после возведения стены?
— Нет. Время, когда все начало меняться, наступило с приходом к власти отца короля Альберта, короля Луи. Он влюбился в дракона, не зная, кем она была в действительности. В конце концов, ее убили, но это также раскрыло один из наших секретов, что мы можем принимать человеческий облик. Тогда король Луи понял, что Металлические драконы не хотят вражды. Когда он стал королем, он стал изучать Металлических драконов и узнал много про нас. Он раскрыл ещё один секрет: нас можно оседлать. Мама говорит, что это было чудесное время, но он все ещё убивал многих Хроматических драконов. Только когда король Альберт заявил права на Хроматического дракона, для драконов действительно все изменилось. Он показал всем, что Хроматические драконы ничем не отличаются от Металлических. Я знаю, они выглядят несколько пугающе, и у них более свирепый нрав, но внутри дракон так и остается драконом.