не достаточно. Затем, когда огонь немного разгорится, нужно положить в него сухие берёзовые дрова. Если вы будете использовать сосну или ель вы вряд ли увидите огневого. - Это почему же, – сонно спросила мама. – Сосновые поленья так чудесно трещат в огне... - Трещат они действительно чудесно, - начал разъяснять папа, - но в них слишком много смолы и от неё огонь не будет ровным, он будет то вспыхивать, то угасать и тогда, огневой может не захотеть искупаться в нём. - Искупаться, - удивилась Варя. – Разве в огне можно искупаться? - Разумеется можно, - сказал папа. – Только не каждому. Водяной любит купаться в тихих озёрах, что лежат за болотами, домовой обожает нырять в свежепостиранные вещи, приготовленные для глажки, а огневой обожает резвиться в языках пламени, точно в морском прибое. - И ему не больно? – забеспокоилась Варя, вспомнив, как недавно обожгла пальцы о горячую кастрюлю. - Ничуть, - успокоил её папа. – Напротив, чем жарче огонь, тем больше ему нравиться скакать в нём. - И тогда его можно увидеть? - Именно. Если всё сделать по правилам и не давать огню угасать, то в скором времени, рано или поздно, вы обязательно увидите, как в языках пламени пляшет маленький весёлый человечек. Сам огневой почти невидим, но когда он разогревается в пламени, то становиться красноватым и его можно заметить. Только я сразу хочу предупредить, смотреть нужно немного издали, лучше всего с кресла, накрывшись пледом и немного подрёмывая. Огневые очень стеснительные и когда смотришь на них во все глаза, они могут засмущаться и подняться выше по трубе, так что их не станет видно. Самый лучший способ, это сидеть молча, делая вид, что спишь и терпеливо смотреть на огонь из-под опущенных ресниц. Уверяю вас, что в один из дней вы обязательно увидите огневого лихо отплясывающего на дровах и скачущего с полена на полено. Варя прикрыла глаза и легла на бок. Потревоженный Счастливчик хмуро пискнул и перебрался на колени к Серёже и снова уснул. Огневые мало беспокоили его. Он просто любил, когда все были в сборе и сладко дремал под неспешный говор людей. - Но есть ещё один способ увидеть огневого, - продолжил папа, обмениваясь улыбками с мамой. - Какой, - прошептала Варя, изо всех сил притворяясь спящей. - После того как все дрова в печи прогорели и она полна жарких углей, огневой, иногда, спускается вниз чтобы вздремнуть прямо на них. Он особенно любит, когда угли уже немного остыли и потускнели – в этот момент они самые мягкие. Так вот, когда он уляжется и уснёт, можно попытаться тихонечко подкрасться к печке и, слегка приоткрыв дверцу, осторожно заглянуть в щелку. (Но смотрите, не обожгите нос!) Если в красном полумраке печи, в дальнем её углу, у самой стенки, вы вдруг увидите, что угли словно переливаются и на них вспыхивают крохотные красные искорки, знайте - там спит огневой. Не тревожьте его! Аккуратно закройте дверцу, а когда угли станут совсем тусклыми, закройте заслонку, чтобы в печи не было сквозняка и огневому не было холодно. И ещё, изредка, пару раз в год, печку обязательно нужно протопить осиновыми поленьями. - Зачем, – спросил Серёжа. - Они помогают очистить дымоход от накопившейся в нём сажи, и делает его чистым и уютным, так что огневой всегда очень доволен. Это нечто вроде генеральной уборки, которую мы проводим у себя дома. После этого огонь всегда горит особенно хорошо и жарко, и огневой ныряет в него со всего маху и даже, порой, норовит выскочить из печи. За этим шалуном нужен глаз да глаз! Мне как раз вспомнилась одна история про огневого, которая однажды, давным-давно, произошла далеко на севере, не то в Дании, не то в Норвегии. Папа поёрзал на кресле, устраиваясь удобнее ,и мечтательно закрыл глаза. - В одном маленьком, но очень чистом и опрятном домике, жила большая и дружная семья, мама, папа и четверо хорошеньких детишек, самому младшему из которых было только два годика, а самой старшей за неделю до Рождества исполнилось 9 лет. Отец трудился ночным наборщиком в типографии, где набирал тексты для утренних газет, а мать работала на фабрике, так что старшая дочь оставалась в доме за хозяйку. Она кормила малышей, следила, чтобы они не слишком шалили, и постоянно топила большую печь, потому что зимы в тех краях длинные и суровые. Однажды, после обеда, когда все малыши спали, девочка села у печки, чтобы заштопать платье своей сестрёнке и. незаметно для себя, задремала, и ей приснился удивительный сон, про маленького человечка, который живёт в печи и любит подремать на горячих углях. Когда она проснулась, то печь почти погасла и она, испугавшись, что её придётся разжигать заново, быстро открыла дверцу и сунула большое полено внутрь топки. К её несказанному удивлению, едва полено коснулось углей, она услышала, как кто-то тоненько ойкнул и сноп пламени, похожий на маленького красного человечка, вскочил на ноги и проворно юркнул в дымоход. Решив, что она ещё просто не до конца проснулась, девочка закрыла дверцу и продолжила заниматься своими делами и, скорее всего, очень скоро бы позабыла про эту странную встречу, но судьба распорядилась по-иному. Тем же вечером, когда она выгребала золу из печи, она услышала, как кто-то тихонько чихнул прямо в дымоходе. Она зажгла лучину и посветила внутрь, потому что решила, что это просто какая-то маленькая птичка свалилась в трубу и хочет выбраться наружу. Однако никакой птицы там не было, хотя, на какое-то мгновенье, ей показалось, что из темноты на неё взглянули два маленьких испуганных глаза, похожие на искры от костра. Она немедленно побежала и рассказала родителям о том, что с ней произошло, но, увы, они едва выслушали её. Всё дело было в том, что в этот самый день, им обоим сообщили, что их увольняют, и они были очень встревожены, потому что морозы должны были продлиться ещё долго, и им нужно было на что-то покупать дрова. «Ничего, - говорил отец, обнимая и успокаивая мать, и стараясь улыбаться своим детям. – Мы обязательно что-нибудь придумаем. Завтра же я отправлюсь на поиски работы и, если мне не повезёт, то послезавтра, я снова проведу весь день в розысках и буду делать это каждый день, с утра до вечера, пока не добьюсь успеха!..» Девочка мало что поняла из разговора взрослых, но видя свою опечаленную маму, тоже загрустила. Она вернулась к печи, очистила её от золы, постучала по дымоходу и стала разжигать огонь, чтобы мама приготовила всем ужин. - Спасибо! – услышала он вдруг и чуть не уронила поленья, которые держала в руках. - Кто здесь, – испуганно прошептала она. - Это я, Огневой, - ответил кто-то из темноты. – Спасибо, что ты почистила печь и разбудила меня. А теперь, зажигай же скорее огонь, а то мне зябко... Девочка оглянулась, чтобы убедиться, что никто из её братьев или сестёр не разыгрывают её и поднесла спичку к лучине. Огонь лизнул сухое дерево, и девочке показалось, что кто-то словно раздувает его изнутри. Никогда ещё большая печь не разгоралась так быстро и споро, и вскоре в доме снова стало тепло и уютно. Когда девочка открывала дверцу, чтобы подбросить ещё поленьев, ей казалось, что она видит, как красный человечек танцует на углях и приветливо машет ей рукой. Она тоже махала ему украдкой и снова закрывала дверцу, потому что Огневой был так рад их знакомству, что норовил выпрыгнуть наружу. Начиная с этого вечера, девочка и огневой виделись всё чаще и, порой, она подолгу сидела у печи, глядя в щелку на пылающий огонь, забавляясь проделками красного человечка, беспечно плещущего меж языков пламени. Тем временем, дела у её родителей становились всё хуже. Папа так и не мог найти новую работу, а её мама простудилась и заболела, и девочке теперь приходилось ухаживать и за ней тоже. Но она не жаловалась. Она готовила и кормила, убирала и гладила, и к приходу отца в доме всегда было тепло и чисто. «Ты моя умница, - говорил он, гладя дочь по голове. – Ты очень мне помогаешь. Сегодня я не нашёл работы, но завтра, я снова встану чуть свет и пойду по городу и, я уверен, что-нибудь найду. Всё наладится. Вот увидишь... Всё обязательно наладится...» Девочка верила папе и старалась как могла, а когда у неё была свободная минутка, она подходила к печке, садилась на маленькую скамеечку и смотрела на огонь. Иногда они даже вполголоса болтали с Огневым и он рассказывал её странные истории, о тех далёких временах, когда его предки ещё жили в лесу. Однако, как ни старался её отец, никакой работы он найти не мог и в один из дней, их скромные сбережения подошли к концу. Вернувшись поздно вечером, когда все уже спали, он положил у печи, купленные на последние деньги осиновые поленья, и грустно покачал головой. «Вот и всё, – сказал он. – Завтра утром мы в последний раз затопим нашу печь, потому что если к вечеру я не найду денег, я не смогу купить дров и скоро всё в нашем доме покроется сосульками...» Папа ещё долго сидел у печи, вполголоса шепча что-то, а затем лёг и уснул, намереваясь встать завтра ещё раньше обычного и во чтобы то ни стало найти заработок. После того как в доме всё стихло, девочка, которая вовсе не спала, а только притворялась спящей, тихонько соскользнула с кровати и на цыпочках подошла к печке. Приоткрыв дверцу. Она увидела у углу спящего огневого и вздохнула. - Что такое, - спросил её Огневой. – Почему ты вздыхаешь? Что то случилось? - У нас совсем кончились деньги, - сказала девочка, - и завтра вечером, нам нечем будет топить печь. Прости, Огневой, мы, наверное, видимся в последний раз... И девочка горьк