Выбрать главу

на поезд, хоть этим вечером, и доехать до…

- До Номерогорска, - это их столица. Только я бы вышел чуть раньше,

мне бы это было удобнее. Но одно, одно держит меня здесь. Считайте меня

чудаком, но я до сих пор жду Алину. Мне кажется, что следующим утром я

выйду на улицу, и увижу там ее… Хотя с чего вдруг она может оказаться в

селе Ивановское? Нет, это бессмыслица, полный абсурд. Но почему-то я

ожидаю ее здесь увидеть. Иногда я вижу из окна силуэт девушки, слышу ее

голос… но когда выхожу на улицу, меня встречает лишь ветер… Ох, эти

мучительные годы…

- А Вы пробовали как-то восстановить с ней связь? Ну, позвонить, что

ли…

- Не поверите, но за все эти десять лет я лишь три раза отважился не

то, что даже позвонить, а просто отправить ей СМС. Ни на одно из

сообщений ответа не было. Конечно, она могла за это время сменить сим-

карту, что, очевидно, и сделала…

Молчание. Оно воцарилось снова. Оно обволакивало комнату,

проникало во все уголки дома. Грустная, пронзительная тишина, которую

прервал лишь свист старого чайника, будто бы звавшего на помощь…

XXIV

Земетчин снова направился к плите. Занимаясь чайником, он

продолжил разговор:

- У меня есть фотографии Отличного Мира и, в частности, города

Анютинска. Если Вам интересно, мы с Вами можем их посмотреть.

- Мне бы интересно было сравнить то, что я видел во сне с тем, что

есть на самом деле… я имею в виду аллею. У Вас есть ее фотография?

- Да, конечно, аллею я снимал в разных ракурсах, и даже в разное

время суток.

- Мне, конечно, кажется, что все это просто совпадение: ну как может

снится человеку город, которого он ни разу не видел… Хотя…

- Вы его не видели, но Вы его чувствовали… на каком-то

сверхъестественном уровне. Мне так кажется… Сейчас Вы увидите

фотографии, и узнаете на них образ из своего сна, я в этом уверен.

Пришло время выпить. Леснинский вспомнил, что у него осталась

пачка печенья, которую он купил еще в гастрономе в Мерзкособачинске в

самом начале своего пути. Теперь, во время чайной паузы, он решил

наконец-то ее открыть. Леснинский достал из портфеля печенье. Глаза

Земетчина от удивления стали круглыми:

- Откуда у Вас ЭТО?... Как… Где Вы это взяли?... – проговорил

Земетчин.

- Вы про печенье? Я купил его в гастрономе в Мерзкособачинске… А

что, собственно, в нем такого? Обыкновенное печенье…

- Это не обыкновенное печенье… Такого печенья я не видел нигде с

тех пор, как побывал в Отличном Мире.

- Выходит, его производят там?

- Возможно, не только там, я точно не знаю… Возьмите упаковку и

переверните, там должен быть адрес…

- Город Анютинск, Промышленный проспект, 73 корпус 2…

получается, действительно там…

- Видите… Все указывает на то, что Вам нужно посетить этот город.

Серия каких-то совпадений…

- Меня действительно последнее время преследуют странные

совпадения… Только вот печенье я купил не потому, что оно там сделано: я

тогда такого города-то и не знал вообще, да и адрес производства не читал…

Мне просто название понравилось: как будто печенье названо в честь

девушки, которая мне нравится… ну, я Вам немного проговорился уже у

магазина на эту тему…

- Возможно, названо в честь города. Хотя название города, в свою

очередь, тоже напоминает мне ремейк довольно распространенного во

многих мирах женского имени. Да, я же совсем забыл про фотографии…

Приятели направились в другую комнату, где стоял комод с

пронумерованными ящичками. Комоду, как видно, было уже лет пятьдесят.

Выглядел он старомодно, но это только подчеркивало общую атмосферу

дома, время в котором остановилось… Земетчин открыл один из ящиков.

- Как? Куда же они могли пропасть? – в недоумении произнес он, - Я

же помню, что они всегда хранились в ящике №19…

- Вы о фотографиях из Отличного Мира? – переспросил Леснинский.

- Да, именно о них… В 12-ом ящике у меня были фотографии из

Большой Пустыни, в 24-ом – из Царства Снегов, в 7-ом – из подземного

бункера, а в 19-ом - из Отличного Мира… А сейчас там пусто.

- Возможно, Вы перепутали номер? – предположил Леснинский.

- Нет, не может быть… Я же их часто пересматриваю, и номера уже все

наизусть выучил, где что лежит…

- Куда же тогда они могли пропасть? Сюда не мог никто зайти