ею я могу любоваться каждую ночь…
Через одно мгновение старик, как будто пораженный пулей, рухнул
на скамейку.
Несколько секунд Леснинский находился в каком-то оцепенении:
несвязные мысли не могли внятно объяснить ему, что все-таки произошло.
Затем осознание происходящего вернулось к нему.
- Что с Вами, Арвидас? С Вами все в порядке? - спросил он. Ответа не
последовало. Леснинский слегка толкнул Земетчина, пытаясь его разбудить,
но тщетно…
Старик был мертв. Леснинский дочитал живой роман до конца.
XXVI
Через несколько секунд Леснинский, еще не успев отойти от
потрясения, услышал за спиной хлопок автомобильной двери.
Обернувшись, он увидел грузовик и двух людей, одетых в униформу с
названием какой-то фирмы, идущих по направлению к нему. Тысячи
мыслей, перебивая одна другую, атаковали Леснинского. «И как мне теперь
им объяснить эту ситуацию? На скамейке лежит мертвый человек, а я тупо
стою около этой скамейки. А вдруг еще подумают, что это я его убил? Да, и
почему я до сих пор не позвонил и не вызвал врачей?» - Леснинский достал
из кармана телефон.
Но непонимания не произошло. К скамейке подошли вновь
приехавшие люди:
- Все… Нет больше старика, - мрачно сказал один из них.
- Я с ним только что разговаривал, - нервным голосом произнес
Леснинский, - а он вдруг упал на скамейку и… Я сейчас врачей вызову…
- Не надо, не волнуйтесь, я сам вызову… - сказал второй из водителей
грузовика, начиная набирать номер на телефоне, - Только вряд ли они что-
нибудь смогут сделать… Тут, как бы Вам сказать… случай не медицинский.
Первый водитель подбежал к старику.
- Не дышит… И пульса нет… - сказал он.
- Да… - сказал другой, закончив все свои звонки, - Когда я его
прошлый раз видел, пять дней назад, он ужасно выглядел… на нем просто
лица не было… Но я не думал, что так быстро…
- Да, если так посмотреть, и не так уж быстро… Он все-таки десять лет
уже с этим промучился… Просто я думал, что все это временно, и он еще
будет счастлив, но нет…
Леснинский в полной растерянности стоял и молча смотрел на все
происходящее. Все было как-то странно, как будто в кино. Или во сне…
Спустя несколько минут приехали врачи, которые официально
констатировали смерть. Следом за ними прибыл ритуальный автобус, из
которого вышли двое и направились к скамейке. Все было как в
замедленной съемке, и будто бы в каком-то тумане… Земетчина аккуратно
перетащили со скамейки на носилки и понесли в автобус. Из приоткрытого
кармана его безрукавки выпала маленькая бумажка, сложенная вдвое, и,
несколько раз перекувырнувшись, как осенний листок, упала на землю. Это
была та самая записка, которую Земетчин хранил все эти годы. Леснинский
подобрал записку и положил ее в свой портфель. Дверцы ритуального
автобуса захлопнулись, и старика повезли на сельское кладбище, чтобы
предать земле долгие годы беспросветной тоски… Леснинский долго
смотрел вслед удаляющимся красным огонькам. «Ты не будешь забыт», -
шепнул он куда-то в темноту…
Темно-синяя пелена позднего вечера заволокла село. Леснинский все
стоял на площади и смотрел вдаль, на узкую улицу, освещенную бело-
голубоватыми фонарями… улицу, по которой в последний путь отправился
недавний знакомый, успевший за несколько часов стать хорошим
приятелем…
«Как быстро иногда происходит какое-нибудь событие… Как будто
удар молнии, одно мгновение… И если событие это настолько резко,
неожиданно врывается в общих фон идущих дней, оно одно может затмить,
как бы перекрыть все остальные, которые тоже могут быть отнюдь не
маловажными… Просто удивительно, но за все это время после смерти
Земетчина я даже ни разу не подумал о побеге, о предстоящей дороге и уже
пройденном пути… Я совсем забыл на это время о том, что я вообще сейчас
бегу в другой мир. А ведь это событие, прямо скажем, не повседневное.
Хотя, на самом деле, какое там «время»: прошло-то всего около получаса.
Да, как странно все бывает… Ведь мой побег перед его началом
представлялся мне совсем не таким. Конечно, мои мучения от холода,
конфликт с охранником на вокзале, ночевка почти что в лесу – все это было
предполагаемым… Я не был уверен в том, что все будет именно так, но