- Конечно, Бёрк. Порази их там!
- Легко, - пообещала я. Обязательно поражу, ведь Остин будет со мной!
Следующие сорок пять минут перед эфиром прошли как в тумане. Последние примерки, последние заметки, последние повторения строчек – и вот уже мы со Скай стоим за сценой, а перед зрителями уже разыгрывается скетч, открывающий сегодняшний выпуск.
На словах, являющихся для нас сигналом, мы поднимаемся на сцену, и, хоть свет прожекторов ослепительно бьет в глаза, я вижу в зале Лиз, родителей, Надин, Родни, Мэтти и… Дилана?! Нет, Кейтлин, не отвлекаться!
- Вы, должно быть, узнали нас с Кейтлин по «Делам семейным»! – воскликнула Скай, и аудитория взорвалась аплодисментами при словах «Дела семейные».
Я глубоко вдохнула.
- Или вы узнали нас не из сериала, а благодаря таблоидам. Мы здесь именно поэтому, кстати. Чтобы прояснить все дело. Видите ли, на самом деле мы не ненавидим друг друга, - кто-то в зале засмеялся.
- Совершенно точно, - серьезно кивнула Скай. – Очень большая ошибка считать нас врагинями, мы ведь – как сестры!
- Да, сестры, которые иногда ссорятся, - добавила я. – Но все-таки не стоит верить всему, что говорит пресса.
- Даже если она говорит очень убедительно, - согласилась Скай. – Например, как в тот раз, когда Кейтлин загремела в больницу, - я уставилась на нее в притворном ужасе. – Да, она была в клинике, но не из-за нервного истощения… - она заговорщически подмигнула и одними губами произнесла «Липосакция». Народ засмеялся. Им нравится!
Я пожала плечами.
- Именно. Большинство историй – полное вранье. Вот, например, Скай… Помните, журналы писали, что она – неконтролируемая истеричка? – я поднесла руку к губам и громким шепотом добавила: - Истинная правда! И волосы она красит, свои-то у нее серые!
Несколько минут мы так и подкалывали друг друга, публика веселилась и аплодировала на особенно удачных моментах диалога. Затем ведущие объявили наши имена еще раз и провозгласили открытие сегодняшнего эфира. Под грохот аплодисментов мы спустились за сцену.
И все шоу прошло вот так – мы выходили, выкладывались на полную, зрители были в восторге и провожали каждый наш уход смехом, рукоплесканиями и свистом. Эфир официально закончился в половину второго ночи, ведущие пожелали зрителям и гостям выпуска спокойной ночи, но никогда еще я не была так бодра, как сейчас! Сна ни в одном глазу, неудивительно, что сегодня еще и вечеринка. Я обнялась с каждым из участников шоу на прощание и спустилась в зал, где зрители вставали со своих мест, весело обсуждая только что просмотренное представление, а мои друзья и семья терпеливо ждали меня. Когда я подошла, то увидела возле них и Дилана. Он о чем-то говорил с моей мамой, а в руках у него был ГРОМАДНЫЙ букет из лаванды и подсолнухов.
- Кейтлин! Ты была великолепна! – закричала мама, порывисто обнимая меня. Я никогда не видела ее такой счастливой. – Потрясающе! Я только что написала Сету, мы уверены, что это настоящий трамплин для твоей карьеры. Правда, Кейтлин была невероятна? – обернулась она к присутствующим. Все закивали. Дилан улыбался, глядя на меня.
- Это тебе, - скромно протянул он букет. Мама прижала руки к груди.
- Ну, разве это не мило?
- Спасибо, - я благодарно приняла букет и вдохнула летний запах лаванды. Ого! – Ты не должен был…
- Я так захотел, - возразил он. – Ты – настоящий талант. Я говорил тебе это?
- Говорил, - засмеялась я. – А как тебе?..
- Песня про «Skrittles»? – закончил он. – Это было шикарно. Пожалуй, лучший скетч!
- Спасибо, - я почему-то смутилась, услышав эти приятные слова. Телефон в кармане завибрировал. – Прошу прощения. Алло? – Это Остин! – Ну, что скажешь?
- Замечательно! – с гордостью произнес Остин. – Бёрк, ты же прирожденный комик. Кто знал? Я посмотрел почти весь выпуск.
- Почти весь? – переспросила я.
- Да, меня то и дело утаскивали. Общая спальня – полное отсутствие приватности, - вздохнул он. – Я пропустил песню про «Skrittles», но, говорят, на YouTube уже есть запись.
- О, - я так хотела, чтобы он увидел этот номер! И он знал это, - ладно.
Если Остин и услышал нотку разочарования в моем голосе, то не подал вида.
- Повеселись на вечеринке хорошенько, ладно? – он, что, прогоняет меня? – Я позвоню завтра, - и гудки раздались прежде, чем я успела сказать «Пока».
- Да, так что с вечеринкой? – встрял папа. – Мы ведь тоже можем пойти?
- Па-ап, - простонал Мэтти, - прошу, не надо.
Я захихикала.
- Я не очень хочу туда идти, - призналась мама. – Мы поедем домой, дорогой, хорошо? Надин и Родни позаботятся о детях.
- Мы допоздна не задержимся, - подмигнула мне Лиз.
Мы с Мэтти выдохнули с облегчением.