Ноа 114 лет, всю жизнь он служил в различных военных структурах. Пятьдесят лет назад участвовал в военных действиях на Эйнаре, летал на истребителе. Получил награду за отвагу, был ранен.
После неудачного резонанса Ноа на некоторое время покинул Эйнар и работал на межпланетарном пассажирском пароме Аль-Тур — Грол-Вердан. Именно поэтому его кандидатуру при выборе пилота мне в напарники так быстро одобрили, особенно после того, как он вызвался сам. Сейчас мой муж официально служит при военном ведомстве планеты, руководит пилотной группой быстрого реагирования.
У него есть небольшой дом в пригороде Эйна, а еще есть квартира на Аль-Туре.
Живя на Янте, про Эйнар я еще что-то слышала, про Аль-Тур не слышала совсем ничего. Как сказал Ноа, с колоний на Аль-Тур напрямую было не добраться, поэтому аль-туры посещающие Фирос, Нум, Мирос и Янт, вынуждены были лететь с пересадками через Вердан. Я видела аль-туров на пароме, но общаться с ними ни разу еще не приходилось.
— Обязательно побываем на Аль-Туре, Илаю там должно понравиться, эта планета не похожа ни на одну другую — сообщил Ноа.
— Обязательно — согласилась я.
Ноа сказал, что его мать и отцы как раз сейчас живут на Эйнаре и очень ждут в гости всю нашу семью. Когда Ноа произнес «нашу семью» его взгляд стал мягким и мечтательным. Для него все происходящее было вторым шансом, новой счастливой главной жизни. А уж кто, как не я, может знать, как меняется жизнь, когда высшие силы дают тебе второй шанс.
Глава 43: Начало обратного полета
Паром Фирос-Эйнар
Криста Ветрова-Дайн
На таможенном контроле межпланетарной станции Фироса мы встретились с братьями Лей.
— Вы возвращаетесь на Эйнар? — спросила я мужчин после приветствий.
— Да, эйра, мы летим домой, на колониях наши дела закончены. Только встретимся на Вердане с бабушкой и дедом, они успели улететь с Мироса до того, как там начались беспорядки — сообщил Гремм — да и нужно забр…что? — он уставился на брата, который пихнул его плечом.
— Увидимся на пароме, эйра Криста, Ноа — сказал Эрик и потянул брата за собой.
— Вот странный он — не выдержала я. Муж как-то загадочно на меня посмотрел и промолчал.
Ноа забронировал нам большую вип-каюту. Не капитанскую, конечно, но очень даже приличную.
— Ну что, дорогой третий муж. Сюда летели капитанами парома, обратно летим простыми пассажирами — улыбнулась я.
— Я этому рад, жена — игриво улыбался мне в ответ Ноа — можно не опасаясь устава, в любой момент сделать вот так…и этот несносный мужчина ущипнул меня пониже спины — и так — он подтянул меня поближе к себе, прижал спиной к себе и поцеловал в макушку.
Я закрыла глаза и прислонилась к его груди.
— Не забывай, что скоро мы опять будем связаны уставом. Я не знаю, какую службу и на каком транспорте мне предложит военный Совет, но мы явно будем работать на одно ведомство.
— Не думай пока об этом, милая. Считай что сейчас у нас отпуск. 16 дней покоя и только мы вдвоем. Я весь путь сюда об этом мечтал. Взять за руку, когда хочется, обнять, прижать к себе. А когда ты меня сама поцеловала…мне потребовалась вся сила воли, чтобы сдержаться.
Я хихикнула, как беззаботная девочка. Мне самой нравилось, что сейчас мы просто мужчина и женщина, муж и жена. Без формы, без обязанностей, без ограничений.
Первый дни обратного пути были расслабленными и беззаботными. Мы с Ноа ходили в фитнес-отсек, обедали в ресторане, много разговаривали, связывались с Илаем и мужьями. Илай спокойно общался с Ноа. Мой удивительный мальчик так спокойно воспринял еще одного члена семьи, что мне оставалось только радоваться и благодарить мужей, которые все ему объяснили, которые заботились о нем, пока меня не было.
Ноа связывался с сыном даже без меня, Илай делился с ним своими новостями, как обычно, тараторя обо всем, что сделал или увидел. После таких разговоров Ноа выглядел счастливым и воодушевленным.
— Знаешь — сказал он мне вечером, когда мы сидели в номере за бокалом вина — когда случился резонанс с тобой, и я узнал, что у тебя есть пятилетний сын, я все думал, как он примет меня, и как я буду ощущать себя радом с ним. Пусть на Эйнаре любой ребенок эйры общий, но одно дело, когда он растет на твоих глазах, а у нас другая ситуация. Но с Илаем я сразу почувствовал связь, как только увидел на станции. Будто он мое родное существо. Будто он…мой. Это удивительно, но так… правильно.