— Что же, темы нашего разговора совпадают — улыбнулся мужчина, как мне показалось, довольно открыто.
— Дело в том, что я беру Эрика в семью мужем, а Деви хотела бы официально оформить младшим сыном.
— Вы уверены в своем решении, эйра?
— Я уверена в нем как никогда — сказала твердо — но у меня возникла проблемы с биологической матерью Деви. Она сообщила, что намерена вернуть ребенка обратно.
— Вот как — хмыкнул эйнарец — а эйра Диана сообщила причины такого решения?
Я молча нажала воспроизведение на браслете и включила записанный разговор.
Заместитель напряженно слушал наш диалог с этой эйрой Дианой в коридоре вип-палубы парома. По его лицу мало что можно было разобрать, но я четко увидела, как руки мужчины немного сдавили подлокотники кресла.
Когда запись завершилась, я внимательно посмотрела на отца Эрика.
— Я не знаю, какие отношения у вас с сыном и что случилось между вами, но я очень надеюсь, что судьба внука вам не безразлична. Я люблю Деви как своего ребенка и буду любить его несмотря ни на что. Я приняла его в сердце, а он принял меня мамой. И его сила — глаза Заместителя, казалось, немного увеличились — сила мальчика проснулась, и я ее почувствовала. Со мной он будет расти в заботе, безопасности, окруженный большой семьей. Вы, наверное, знаете, что у меня есть маленьким сын, немного старше вашего внука. Он принял Девина, как брата. Мои мужья — Итан и Алан Дайны и майор Ноа Вальт также приняли ребенка. Я нужна Деви, а он нужен мне.
— Что вы хотите взамен? — задал мне странный вопрос эйнарец. Я удивленно приподняла бровь.
— Взамен?
— Или вы хотите сказать, что у вас нет каких-то мотивов принять моего сына с ребенком в семью? Может быть, вы хотите для себя каких-то финансовых преференций?
— Мой мотив, Заместитель, искренние чувства к обоим и твердое желание быть с ними вместе. Я не энарка, я не буду искать выгоду. Я просто хочу, чтобы мы все были счастливы.
— Вы идете на риск, эйра, мой сын не самый удачный кандидат в мужья. Он сложный мужчина, с непростой историей за плечами. Возможно, вы еще не видели все грани его характера.
— Знаете, а мне на это плевать — сказала я почти гневно. Он что, еще и отговаривать меня будет?
Мы схлестнулась в немой битве взглядов. Казалось, воздух в помещении можно было резать ножом.
Если сейчас этот эйнарец мне откажет, все усугубится. Представляю, сколько у него власти. Даже удивительно, что Эрик ни разу до этого не сообщил о том, кто его отец и как он влиятелен.
Неожиданно в помещении пророкотал глубокий смех. Громкий, радостный и искренний.
Я мотнула головой. Он что, смеётся над ситуацией? Да я сейчас….
— Вот и отлично — довольно сообщил Заместитель. Затем нажал на вызов комма — Филар, готовь документы на усыновление Девина Лея эйрой Кристой Ветровой-Дайн, срочно. И на мой комм.
Я опешила от всей ситуации и напряженно молчала.
— Расслабься, дочка, нечего прожигать меня глазами, как ионным лучом. Мне нужно было во всем убедиться. Что все, что о тебе говорят — чистая правда. О смелости, силе, честности и отсутствии какой-то корысти. Теперь давай поговорим о моем сыне. Я правильно понял, что ты берешь его без резонанса и понимаешь последствия своего решения?
— Вы правильно поняли.
— А если у него случится еще один резонанс, не с тобой, что ты будешь делать?
«В смысле еще один?»
По моему удивленному лицу Заместитель понял, что о резонансе, который у Эрика уже был, я не знала.
— Не сказал, значит — лицо мужчины стало серьёзным — ну вот, эйра, то, о чем я тебе говорил.
— Когда случился этот резонанс? — как можно спокойнее спросила я.
— Четыре месяца назад.
— Вот как. И эта эйра, которая…. Она отказалась?
— Отказалась. Из-за ребенка в том числе.
— В том числе — повторила я. А жених-то мой полон сюрпризов, честное слово, хотя…
— Скажите, Заместитель, можно ли рассмотреть Эрика в качестве отказника?
— Хочешь честности, Криста? — ответил мне вопросом на вопрос эйнарец. Я кивнула.
— Именно его я и хотел тебе…. всучить. В рамках процедуры рекуперации. Скажу больше. Я инициировал это условие для тебя.
— Да вы шутите! — хотелось хлопнуть себя по лбу — ну и что теперь?
— Сначала ответь на мой вопрос.
Я судорожно думала. Думала, думала, думала.
— Хочу чтобы этот разговор остался строго между нами — я дождалась кивка и продолжила — если Эрик вдруг срезонирует на другую женщину, и она его примет, я его отпущу, даже если мне будет очень больно это делать. Как я могу встать между дорогим мне мужчиной и его счастьем, пусть даже оно будет не со мной? Но я сделаю это, только если он сам этого захочет. Если он сам меня об этом попросит. И я сейчас скажу, наверное, страшную и несправедливую по отношению к вашему сыну вещь. Даже в таком случае от Деви я не откажусь. Мальчик слишком много пережил. Он очень чувствительный, и если я от него отступлю из-за ваших этих эйнарских порядков и по воле этой вашей силы, я не прощу себе никогда.