– Чего удивляешься? Впервые видишь такое оружие? – подмигнул ей Олаф, хотя его весёлость казалась наигранной. – Это эспада. Входит в моду в Священной империи. Лёгкий, манёвренный, особенно он хорош против одетых в доспех воинов.
Олаф выхватил меч из ножен и сделал молниеносный выпад.
– Я же говорил, что справлюсь. Не стоит за меня переживать.
– С-справитесь. Я буду верить в вашу победу, – ответила Герда осипшим голосом.
Даже когда Николас дрался с Финистом, она не чувствовала такой всепоглощающей тревоги. Словно над их головами сгущались грозовые тучи. Или это затаившийся на время Мрак нашёл путь в их души?
Как же страшно! Страшно без Николаса!
Глава 17. Неожиданный союзник
1572 г. от заселения Мунгарда, цитадель Безликого, Авалор
Герда и Олаф спустились в холл и вышли на парадное крыльцо. Ярко светило полуденное солнце. Арнингхэм уже мерил шагами не успевшую высохнуть после вчерашнего дождя лужайку. За ним мрачно наблюдали ещё несколько Голубых Капюшонов.
– Явились-таки. Я уже и не надеялся, – вскинув голову на звук шагов, Арнингхэм хищно облизнулся.
– Ну и зря. Я всегда отвечаю за свои слова.
Олаф встал напротив него.
– Вы хорошо подумали? Бесполезно просить, чтобы вы отказались от глупой затеи? – сказал один из Лучезарных.
С проседью в тёмных волосах и пышными усами, сам крупный и зрелый. Одет он был, как другие рыцари: тёмные бриджи, заправленные в высокие сапоги, светлая туника и голубой плащ с нашитыми на нём знаками отличия в виде факела на левом плече и труб на правом.
– Конечно, нет, мастер Главк. Не тяните с формальностями, – вежливо попросил Олаф.
– Что ж. Объявляю вызов, брошенный Олафом Харальдссоном из Вижборга Россу Арнингхэму из Ипсуича, принятым. Дуэль состоится здесь и сейчас. Сражаться будете до первой крови. Начнёте с моим сигналом и закончите по нему же. Победитель получит преимущество в споре. Встаньте каждый напротив своей линии, – велел Главк зычным голосом.
Герда поцеловала Олафа в щёку. Тот зарделся и удивлённо уставился на неё.
– На удачу, – мягко улыбнулась она.
Олаф задорно ей подмигнул и занял свою позицию. Арнингхэм сделал то же самое. Они стояли в десяти шагах друг от друга. Герда кусала губы от волнения. Хоть драться будут не до смерти, но всё равно если проиграет, Олаф не сможет больше претендовать на место Магистра, а её допросят и узнают правду. Лучше бы она сразу всё выложила!
– Готовьтесь! – скомандовал Главк.
– Я заканчиваю любую дуэль в десять ударов. Но думаю, с тебя хватит и семи, – щурясь, словно приценивался на рынке, сказал Арнингхэм.
Олаф вытянулся вперёд и положил ладонь на эфес меча.
– И-и-и! Сходитесь!
Противники одновременно сорвались с мест. Клинки скрестились, высекая окалину. Арнингхэм брал напором, нанося непредсказуемые удары сверху, снизу и сбоку. Олаф легко уходил от него, двигаясь по кругу, будто исполнял один из тех танцев, которым обучали Герду.
Глаза Арнингхэма сверкали от ярости, в то время как Олаф сосредоточился на бое. Выпад противника – Олаф поймал клинок на свой и с силой оттолкнул. Арнингхэм отступил на шаг. Ещё один выпад – Олаф скользнул вправо, избегая удара, и атаковал сам, держа руку с клинком под прямым углом. Он почти коснулся шеи противника, но тот в последний момент вывернулся. Видно, Арнингхэм, и впрямь, был искусным фехтовальщиком.
– Ненавижу эту новомодную южную технику. Она уподобляет благородное искусство фехтования фиглярству распутных девок в кабаках! – недовольно процедил Арнингхэм.
– Конечно, ведь в ней главное не сила, а мастерство, – с чувством превосходства заявил Олаф. – Защищайся!
Теперь наступал он, а Арнингхэм отбивался, ловко меня позиции и используя изощрённые финты. Противники не уступали друг другу. Их лица раскраснелись, выступил пот. Сапоги покрыла грязь, а лужайка оказалась безжалостно вытоптанной. Фехтовальщики настолько вошли в раж, что ничего не замечали. Даже зрители едва могли оторвать восторженные взгляды от скрещивающихся и разлетающихся клинков.