Арнингхэм хмурился всё больше, пытаясь вникнуть в её сбивчивый рассказ.
– Для чего такие сложности? Элитные головорезы, староверческая свадьба под самым нашим носом. Кстати, ты так и не назвала имя своего мужа. Он один из зачинщиков восстания или офицер Компании? Он знал, кто ты?
– Да. Это… это лорд Комри, – выдохнула Герда.
Арнингхэм некоторое время раскачивался на стуле с пустым взглядом.
– Безумие какое-то. Внучка лорда Веломри – жена первого претендента на авалорский престол и зачинщика староверческого бунта. Лорд Комри что, пытался добиться перемирия таким глупым способом? Компания послала за тобой головорезов, потому что не желает окончания войны. А что же ты сама? Зачем ввязалась в эту авантюру?
– Отец ничего мне не рассказывал. Я всю жизнь провела в глуши и не знала ни о войне, ни о политике. Я просто влюбилась в спасшего меня Охотника и готова была следовать за ним хоть на край света.
– Что, лорд Комри тоже ничего тебе не рассказывал? – недоверчиво хмыкнул Арнингхэм.
– Только намёками. В самом начале он был холоден и отталкивал меня. Я не понимала причин и обижалась. Он наверняка не хотел впутывать меня в свои интриги, но я настояла, и он сдался. Впрочем, зачем вам слушать о моих сердечных делах, когда есть проблемы поважнее?
– Какие же? Боишься, что твой дед оторвёт голову твоему благоверному? Уж извини, здесь я тебе ничем не помогу. Сам в шаге от эшафота, – он развёл руками. – Удивлён, что ко мне охрану не приставили.
– Нет! Но опасаться есть чего. Я знаю один опасный секрет. Секрет лорда Веломри.
– Ты только что сказала, что всю жизнь провела в глуши и ничего не знаешь. Какие всё-таки женщины непоследовательные, – Арнингхэм цокнул языком.
Очень захотелось стукнуть его по лбу, да побольнее!
– Как внучка лорда Веломри и жена лорда Комри кое-что я всё-таки знаю. Сталкивалась лично. И снова увидела это, когда дед меня читал. Он одержимый, в его сердце впился осколок Мрака. Такое случается, когда человек отчаянно чего-то желает и высказывает своё желание демону – Предвестнику Мрака. Предвестник исполняет желание и вселяет в сердце человека осколок в виде угольного спрута. Осколок подавляет волю носителя и превращает его в нового Предвестника. Глаза становятся разноцветными – один голубой, другой зелёный, в ауре появляются чёрные прожилки. Предвестники не старятся, но если носители слишком слабы, их тела разлагаются. Тогда приходится искать нового человека.
– Погоди! – нахмурился Арнингхэм. – Разноцветные глаза у всех Магистров, не только у лорда Веломри. Претенденты на высшую должность в ордене проходят ритуал Просветления. Во время него они видят лик бога и сливаются с его святостью. Не все выдерживают эту встречу, но те, кто остаются в живых, получают особый знак отличия – разноцветные глаза, способные видеть истину. Кстати, Просветлению подвергнется и Олаф, если он хочет стать Магистром.
Ох! Зачем же она уговаривала его пойти на это?!
– Они врут, они подменяют вашего Пресветлого своим богом – Мраком. Ритуал ведь проводят тайно? На него не допускают никого, кроме других Магистров? В это время они заражают людей осколками. Все, кто выживает, становятся Предвестниками. Одержимыми. Демонами в человечьей плоти. Они ведут нас к погибели!
– Ты сейчас говоришь хуже, чем наши проповедники. Это колдуны тебе наплели? Они, поди, о нас и не такие сказки рассказывают. Надо же, демоны в человечьей плоти, – Арнингхэм нервно хохотнул.
– Я видела их своими глазами. Предвестники охотились за мной. Раньше я думала, что стала мишенью из-за сильного дара, но на самом деле меня искали из-за деда. Из-за лорда Веломри. Они наверняка хотели выслужиться перед ним, потому что он у них главный. И печётся вовсе не о благе пресветловерцев или вашего ордена, а о власти Мрака над всем Мунгардом.
– Ты бредишь! Если в родство с лордом Веломри и брак с лордом Комри я могу поверить, но Мрак и Предвестники… Ты разыгрываешь меня. Молодец, конечно, удачно выбрала момент для мести – когда я отчаялся настолько, что готов поверить во что угодно.