– Почти… – Микаш закашлялся. – Я переоценил её здравомыслие. Но мы обернём и эту оплошность себе на пользу.
– А если она скажет Олафу?
– Уверен, чутьё подскажет ей этого не делать. Она же предпочла ему Арнингхэма, который обвинял её в шпионаже. Нужно заставить Олафа взять её с собой в Зюдхейм. Для ритуала понадобится жертва.
– Вы готовы отдать свою внучку Тени на растерзание? – поражённо вскинул брови Предвестник.
– Я слишком многим пожертвовал для нашего дела, чтобы останавливаться в шаге от цели. Долг прежде всего. Жертву Тень выберет сам. Если ею окажется Герда, я смирюсь.
– Но как же лорд Комри? Вы же говорили, что для ритуала нужен именно он. Говорили, что он сам придёт к нам в руки в нужное время. Но Олаф его упустил, спасая вашу внучку.
– Значит, так было нужно, – раздражённо огрызнулся Микаш. Герда знатно его подставила. Теперь Предвестники знают лишнее и начнут лезть куда не следует. А Микаш так надеялся, что после смерти Трюдо, ему прекратят дышать в спину и заглядывать через плечо. – Вечерний Всадник явится за Гердой. Комри никогда не бросают своих женщин в беде.
– Ладно, не будем омрачать праздник тревогами и суетой. Мне выйти к гостям и объявить о своём назначении? – сменил тему Предвестник.
В новом теле он стал говорить бодрее и вести себя, как человек, а не одержимый мертвец в поисках жертвы. Впрочем, торопиться не стоило.
– Нет. Завтра на рассвете ты отправишься в Элам и присоединишься к нашей армии в качестве нового полководца. Позже вернёшься оттуда, покрыв своё имя славой. За это тебя повысят до Магистра. Пока постарайся ни с кем не пересекаться. Если заметят твои глаза, решат, что мы провели ритуал Просветления без одобрения Совета.
– Жаль, не удастся вкусить все прелести обладания привлекательным телом. Но долг прежде всего, – Предвестник подобострастно склонил голову.
– Не раскатывай губу. Пока не уберёшь за собой, из комнаты не выйдешь, – Микаш кивком указал на разрубленное пополам тело, лежавшее у окна в луже крови. – Никаких пятен остаться не должно – я проверю. Времени у тебя, пока я не научу свою родственницу уму-разуму.
– О, это надолго, – усмехнулся Предвестник и потащил верхнюю половину туловища в проход за камином.
Микаш оставил его и запер дверь на ключ. На всякий случай.
***
Герда прислушивалась к звукам в коридоре и разглядывала ауры. Время шло. Она вставала, чтобы размять ноги и посмотреть в окно. Гости покинули дворец, ворота затворили, на колокольне в храме прозвонили полночь, а Арнингхэм так и не объявился.
Что-то случилось. Если бы она была Николасом, то побежала бы на выручку. Но сейчас ей самой пригодилась бы помощь надёжного, как горы, Охотника.
Приоткрыв дверь на узкую щёлку, Герда выглянула наружу. В золотых канделябрах ещё горели свечи. Мимо проскочил Олаф, но не заметил её благодаря амулету Кишно. Она убедилась, что дорога чиста, и на цыпочках выбралась из комнаты.
– Куда собралась? – испугал её громкий возглас за спиной.
Как так? Куда подевалась аура? Амулет Кишно скрывал только сияние дара, а не всю оболочку целиком.
Бежать бесполезно. Свои кошмары нужно встречать лицом к лицу. Герда обернулась. Белый Палач разглядывал её, брезгливо морщась, а потом сделал шаг навстречу, будто наступая. Герда отшатнулась обратно в комнату. Последовав за ней, Белый Палач захлопнул дверь.
– Я уж было обрадовался, что Олаф сделал из тебя приличную даму. Как ты могла его предать? Словами не передать, насколько я разочарован, – отчитывал он её, словно строгий родитель. – Нацепила на себя пошлые тряпки, наябедничала Арнингхэму. Хорошо ещё, что своего горе-муженька ко мне в спальню не притащила. Или он сбежал, поджав хвост? А ты до сих пор по нему убиваешься, глупая!
Последняя фраза отрезвила её не хуже пощёчины. Герда прошипела сквозь стиснутые зубы:
– Что вы сотворили с Арнингхэмом?
– Дал ему назначение, о котором он так долго мечтал.