Затушив факел, Николас утроился на лавке, укутался в одеяло и задремал. Сон вышел тревожным и недолгим, но он хотя бы восполнил силы. Мысли не путались и голова не кружилась.
Когда Николас спускался с лавки, то едва не наступил на дохлую крысу. Сидевший рядом Гилли Ду посмотрел на него недоумённо. Судя по следам крови, лис загрыз её и решил поделиться с хозяином. Почему питомцы считают своим долгом подкидывать ему подобные «подарки»?
– Спасибо, конечно. Я понимаю, что ты от всей души, но есть крыс я пока не готов.
Лис неодобрительно фыркнул и принялся завтракать сам. Николас снова сверился с картой. Недалеко находился выход в бедняцкую часть города. Там охраны меньше. Если дождаться темноты, можно выбраться наверх незамеченным. А там…
«Тебе нужно попасть в таверну «Чёрный петух»», – любезно подсказал Безликий.
Николас хотел огрызнуться, но прикусил язык. Бог единственный, кто не предал его.
– Тяф! – напомнил о себе Гилли Ду.
Да, конечно, нельзя забывать о белом лисе, который угощал его крысами.
«Помолчи, дружок, мне нужно договорить. Это важно, – ласково обратился к зверьку Безликий, и тот смирно замолк. – Хозяин таверны Чен Бонг, искусный татуировщик из Поднебесной. Его семья в древности задолжала услугу твоему роду. Попроси его нарисовать у тебя на теле те узоры, которые я покажу. Они на время привяжут твой дух к телу и избавят от головных болей».
– На время? – удивлённо моргнул Николас.
«Пока ты не разберёшься с причиной своей болезни».
– И когда это случится?
«Когда ты пройдёшь свой путь до конца и примешь своё прошлое воплощение».
– Как можно принять то, чего я не помню? Не важно! Буду воспринимать это так, будто мне нужно узнать тайну Предвестников и спасти от них Мунгард. Но это невозможно. Значит, я буду жить с твоими татуировками вечно. Не знаю даже, привлекает меня эта идея или пугает.
«Мне нравятся твои рассуждения. Хоть они далеки от истины, но воодушевляют куда больше, чем твой неисправимый скептицизм».
Глава 23. «Чёрный петух»
1572 г. от заселения Мунгарда, катакомбы Ловонида, Авалор
В тайнике Компании Николас нашёл чистую одежду: неприметные штаны, рубашку, дублет и плотный серый плащ с глубоким капюшоном. Как удалось защитить припасы от грызунов? Впрочем, от воровства их ничто не уберегло.
Можно ли считать его грабителем, если в мыслях он отказался от членства в Компании? А ведь Николас и раньше пользовался их ресурсами, чтобы помогать посторонним людям. Большей частью они, конечно, были одарёнными, а Компания помогала им всем вне зависимости от того, соглашались ли они служить вождю Пареде или нет. Значит, всё-таки Николас не вор. Впрочем, какое ему дело до того, как расценят его поступки? Он ведь уже стал предателем, заговорщиком и цареубийцей. Хуже просто некуда!
За полчаса до заката Николас поел, переоделся, накинул на плечо мешок с вещами и двинулся в сторону нужного выхода. Время он подгадал хорошо. Когда поднял крышку люка в забытом людьми и облюбованном бродячими котами тупике, то солнце уже садилось за горизонт. Мир утопал в тусклой пелене туманных сумерек. Слышна была только мышиная возня в сваленной в подворотне куче мусора да лай собак.
Выбравшись из катакомб, Николас плотнее укутался в плащ и надвинул капюшон на самое лицо. Цветных аур поблизости не ощущалось, но это ничего не значило. Соглядатаи могли носить амулеты Кишно. Нужно быть предельно осторожным.
Николас вышел на узкую боковую улицу. Она тоже пустовала, только на широких центральных улицах попадались люди. Пьянчуги еле переставляли ноги, кое-кто храпел на мостовой, не боясь замёрзнуть холодной ночью. Мальчишки в грязных обносках внимательно наблюдали за происходящим. Они никого не грабили, потому что ничего ценного у обитателей не имелось.
Таясь в тени, куда-то спешили неотличимые от Николаса укутанные по самые глаза незнакомцы. Возле неказистой хибары на столбе висели дырявые башмаки. В Дюарле так обозначали места, где торговали запрещёнными товарами вроде опия, ядовитых снадобий или краденных вещей. Дежуривший у входа рябой мальчишка убежал в переулок.
Привалившись к стене соседнего дома, сидел нищий старик. На его щеке была заметная припухлость, которая делала его кособоким. Старика сторожила плешивая дворняга небольшого роста. Бежавший впереди Гилли Ду выгнулся горкой и ощерил клыкастую пасть. Собака залилась грозным лаем. Лис же обычно тихий и скрытный, какого демона он полез к этому мешку с блохами?