На следующий день Чен предложил мне стать его бойцом и поискать других желающих. Так у нас всё и завертелось. Платил он куда щедрее, чем на севере, не заставлял проигрывать много боёв подряд. Если ты хорошо дерёшься, то в третьем-четвертом бою обязательно победишь, и вся слава будет твоей.
– А как же Стид?
– Стид?! – округлил глаза Дрейк и разочарованно цыкнул: – Ты что, к бандитам ходил? Вот уж не думал, что ты падёшь так низко.
– Да я просто на рынке с ними столкнулся. Переманить меня пытались. Стид свою руку показывал. Так как это случилось?
– Стид сам виноват. Вначале вроде нормальный был, а потом его как будто бешеный лис покусал. Договорённости перестал выполнять, пару раз оттаскивать его от противников пришлось, чтобы не покалечил. Чен его выгнал. В отместку Стид стал болтать о подставных боях. Тогда наши парни, не предупредив ни Чена, ни меня, решили его проучить. Подловили в тёмном переулке и поколотили. Подох бы, да кто-то сдал парней городской страже, и им пришлось уносить ноги. Потом Хуг нас с трудом отмазал. Знаешь Хуга?
Николас задумчиво качнул головой и положил подбородок на сплетённые в замок ладони. Лучше никому об их знакомстве не знать, а то два плюс два сложить не так сложно будет.
– Главарь ещё одной банды. Молодой в отличие от Бойдера, к себе таких же горячих брал, беспризорников всяких. Джеди и Джед к нему попасть пытались да оказались слишком малы или ещё чем не подошли. Хуг попросил Чена о них позаботиться, а Магда приняла их как родных. Собственных детей им боги не дали почему-то. Так о чём бишь я? Ах да, о драке. У Хуга были связи в верхах, он со стражниками вопросы все решал. А Бойдер, дармоед, только грабить и угрожать умеет. Они всё время соперничали. В канун Левегара Хуга Голубые Капюшоны порешили. Оказалось, что он был одним из зачинщиков восстания, жал руку самому Николас Комри!
Николас накрыл лицо ладонями, пряча горестную гримасу.
– Его парни другого главаря выбрали и за городом с Лучезарными сшиблись, а после уже никто не вернулся на радость Бойдеру, – Дрейк с досадой поморщился.
Николас взял себя в руки и напомнил со скучающим видом:
– А что Стид?
– Ай, что взять с паршивой овцы? Только руку ему сломали, Гантри наотрез отказался лечить. Мол, всё, чужак, знать тебя не знаю. И Чен за него слова не замолвил. Вот он к Бойдеру шестёркой и подался.
– Печально. Бойдер решил за нашу таверну крепко взяться. Туго придётся без защиты Хуга, – осторожно намекнул Николас.
– Чего это? Хуг только со стражей вопросы улаживал и ещё какие-то дела с Ченом обстряпывал. Посторонних они в это не посвящали. А за таверну мы сами вполне постоять можем. Будут лететь отсюда бандиты со своими зубочистками аж до самого материка! – Дрейк пьяно взревел.
– А как же Магда?
– Женщины… женщины всё меняют, да? Никогда не влюблялся, даже не верил, что такое бывает: разум мутится, ни о чём другом думать не можешь. Знал же Магду столько лет, а вот увидел на Левегар, как она в нарядном платье таверну цветами украшает, так и всё… пропал! Но своих не предам ни за что! Я не вероломный южанин. Ой, извини! – осёкся он и посмотрел на Николаса с опаской. – Трещу и трещу, как сорока. Видимо, эля уже достаточно. Про себя хоть что-нибудь расскажи! Зазноба есть? Можешь меня понять, м?
– Невеста была, – тяжело вздохнул Николас и отвёл взгляд. –Красивая, нежная, настоящая принцесса. Но… я не смог её удержать.
– Ушла к другому? – вскинул бровь Дрейк.
Николас снова качнул головой, не желая отвечать. Его спасла толпа. Гости азартно закричали и подались вперёд. Конопатый Томкен вырубил противника мощным ударом в челюсть. Чен принялся считать, загибая пальцы, прежде чем присудить победу племяннику Дрейка.
– Поздравляю! – добродушно улыбнулся Николас.
– С чем? Я ставил против него. Чен же на меня злится, вот я и подумал… – оправдывался Дрейк.
– Я не мешаю ни эль с виски, ни дело с личной жизнью, – осадил его Бонг.