Герда вспыхнула и затравленно опустила взгляд. Зачем он грубит? Это такая игра или он обижен?
– Эй, прекрати! – вступился за неё Олаф. – Ты её пугаешь. Когда я просил тебя привести себя в порядок, это значило побрить щёки, а не макушку.
Николас поправил платок на голове:
– Какая разница? Если она настолько робкая и деликатная, то опасное путешествие вряд ли выдержит. Если бы я был её мужем, то оставил бы её здесь, в безопасности.
– Но ты не её муж, – осадил его Олаф. – Здесь с ней произошла скверная история, и воспоминания будут преследовать её повсюду. Путешествие – лучший способ начать жизнь с нового листа. К тому же, её могут преследовать не только воспоминания. Так что безопаснее всего ей рядом со мной. И с тобой тоже, я надеюсь. Ведь ты едешь с нами только для того, чтобы защищать её, помогать и поддерживать во всём. Не поедет она, не поедешь и ты.
Николас вздохнул и сложил руки на груди:
– Да, без присмотра её лучше не оставлять. Буду защищать и её, и тебя. И если понадобится, на своих плечах донесу до места назначения.
– Рад, что мы друг друга поняли, – кивнул Олаф всё ещё настороженно.
– А что за скверная история? – поинтересовался Николас невзначай.
– Один негодяй обманом женился на ней, а потом попытался убить.
– Какая скотина! – присвистнул Николас.
– Ага. Он уже получил своё на костре.
– Правда? А можно подробнее? На корабле, чтобы скоротать вечер-другой, – попытался скрыть удивление Николас за праздным любопытством.
– Конечно. Поспешим. «Музыка» уже отчаливает, – Олаф указал в сторону каракки.
Матросы подняли небесно-голубые паруса и готовились отдать швартовы. Гилли Ду подбежал к Николасу и звонко тявкнул.
– Забыл сказать. Это её питомец. Надеюсь, ты любишь лисов, – Олаф озорно ему подмигнул.
– Её питомец?! – не удержался Николас от восклицания, но потом махнул рукой и двинулся следом за Олафом к трапу.
Ничего не оставалось, как присоединиться к ним. Всё же лучше, когда Николас рядом, хоть и злится на неё, чем когда она даже не знает, жив ли он.
Видя, что люди поднимаются на корабль, Гилли Ду тоскливо взвыл.
– Идём с нами, чего ты? – обернулась Герда.
Лис сел у трапа и испуганно разглядывал тёмную воду под кораблём, словно там таились демоны. Герда спустилась к нему и протянула руки.
– Если боишься идти по трапу, то я тебя перенесу. Это не страшно, правда!
Лис оглушительно взвизгнул и цапнул её за палец. Герда отшатнулась. Укус оказался несильным, но кровь всё равно пошла. Гилли Ду скрылся в тени ближайшей к пирсу постройки.
– Мастер Стигс! – позвала Герда.
Олаф и Николас выглянули с палубы одновременно.
– Лис боится воды и отказывается идти на корабль. Помогите!
– А как же он ехал в Леннокс? – удивился Олаф. – Он тебя укусил? Иди сюда, рану надо промыть. Вдруг он заразный.
– Мастер Стигс! – упорствовала Герда.
– Это же твой питомец, вот и воспитывай его сама, – гордо пожал плечами Николас, но Герда была рада, что он хотя бы обратился к ней напрямую.
– Ну, пожалуйста! Я была бы очень вам признательна за помощь. Несмотря на то, что я дочь лесника, с дикими зверями у меня нет опыта и характер слишком мягкий. А вы ведь раньше работали в цирке.
– Канатоходцем, а не дрессировщиком, – сурово напомнил он. – Хотя такое чувство, что в цирк я вернулся.
Лис снова заверещал из своего укрытия и сверкнул глазами на Николаса.
– Иди, – пихнул его в плечо Олаф. – Сделай что-нибудь, ну! Нам уже давно пора отчаливать, а то пропустим прилив.
Тот всё же спустился и подошёл к Гилли Ду. Герда не слышала, что он говорил перепуганному лису, но тот скулил и рычал пуще прежнего. Николас неумолимо развернулся и зашагал в сторону корабля. Скорбно прижав уши, лис потрусил следом. На трапе Гилли Ду трясся перед каждым шагом и едва не плакал, затравленно глядя на своего настоящего хозяина. Герда порывалась выбежать к лису и помочь, но Олаф вместе с подоспевшим лекарем удерживали её. Последний умудрялся промывать ей рану и обрабатывать мазью на пчелином воске.
Забравшись наверх, Гилли Ду истощённо упал набок.