Хрясь! Хотя Мидрир старался ступать как можно мягче, одна из досок надломилась. Хруст эхом раскатился по всему городу. Николас бросился к оборотню и помог достать ногу. Хорошо, что острые щепки не пропороли сапог. На улице уже слышались чеканные шаги.
Они метнулись к двери и затушили свечу. За стеной ощущались две ауры с голубоватыми прожилками мыслечтения. Слабые, но всё же одарённые.
– Какой-то шум. Видно, забрались бродяги, – доносились снаружи голоса.
– Куда? Ауры не чувствуешь? У меня нет ключей.
– Разве им не страшно? Мне от одного вида не по себе.
– Гляди, замок открыт!
Сердце ёкнуло. Попались!
– Эй, дяденьки, что-то потеряли? – звонко выкрикнул мальчишка.
– Мой кошелёк! Гадёныш! – завопил один из Лучезарных.
Раздалась невнятная возня. Николас вынул меч из ножен и взялся за рикассо. Один Лучезарный загромыхал сапогами по мостовой, а второй со скрипом распахнул дверь и шагнул внутрь. Охотник огрел его по голове рукоятью, и Голубой Капюшон рухнул на пол без чувств. Незадачливые грабители перескочили через него и побежали прочь.
Аур других Лучезарных поблизости не ощущалось, улицы пустовали. Мидрир с Николасом примчались к дому Повелла за считанные мгновения. Заслышав их торопливые шаги во дворе, все обитатели собрались в прихожей.
– Что стряслось? Столкнулись с Лучезарными? – спросила Герда, испуганно заламывая руки.
– Да! Нужно срочно собирать вещи и уходить. Скоро здесь будет патруль. Берите только необходимое, остальное добудем потом! – отдавал приказания Мидрир.
Николас взял у Гвидиона свечу, подошёл к столу и вынул из-за пазухи свои находки.
– Зачем ты позволил ему командовать? Он же не знает всей ситуации и только о себе думает! – напустился на наставника оборотень.
– По-другому он свою ответственность не ощутит и не поймёт, каково это – быть лидером, – не повышая голоса объяснял Гвидион.
– Как только тот Лучезарный очухается и найдёт обмазанный кровью тайник, сюда явится Белый Палач! – Мидрир повернулся к Николасу: – Надеюсь, оно того стоило!
– Ещё как! – ответил тот, разглаживая руками бумаги. – Риана, принеси карту города.
Целительница непонимающе моргнула, но всё же выполнила просьбу. Охотник положил её на стол рядом с замысловатой схемой переходов.
– Это карта катакомб, сделанная во время Войны за веру. Тут подписи короля Лесли, моего деда и вождя Компании «Норн», Жерарда Пареды, – Николас ткнул пальцем в витиеватые вензеля. – Здесь обозначено две дюжины входов, сотни тоннелей. Надо отыскать те, о которых не слышали Лучезарные и затаиться.
Мидрир и Гвидион заглянули в карту ему через плечо.
– Мы не знаем этих мест. К тому же, там ты будешь отрезан от материнской стихии и ослабнешь, – возразил наставник.
– Лучезарные тоже. Но силы Мидрира и Рианы, наоборот, увеличатся. Давайте попробуем. Или вас есть другие предложения? – Николас перевёл взгляд на оборотня.
– Нет времени на споры. Я позову Хуга, чтобы он прикрыл наше отступление, – Мидрир поспешил на улицу.
Гвидион продолжил недовольно сопеть у Николас над ухом.
– Нас бы точно так же могли обнаружить здесь, – оправдывался тот.
– Сюда патрули заглядывают намного реже, это не дом проклятого колдуна, – наставник разочарованно покачал головой.
– Что толку прятаться тут безвылазно? Мы даже не смогли придумать способ освободить пленника. А теперь у нас есть карта тоннелей, один из которых наверняка ведёт к Рейвенгарду, – настаивал на своей правоте Охотник.
Гвидион оставался непреклонен. Охотник отправился помогать девушкам собираться. Через пару минут они уже толпились в прихожей с перекинутыми через плечи мешками. Вскоре вернулись Мидрир с Хугом.
– Ну, и переполох вы устроили! Мои ребята едва ноги от патрулей унесли, – посетовал конопатый разбойник.
– Это было необходимо. Идёмте. Ближайший вход в подземелье в четырёх домах отсюда, – Николас указал на треугольник на карте.
– Нам очень повезёт, если там нет засады и он не завален, – усомнился наставник.
– Если вы настолько не доверяете моим суждениям, то не стоило назначать меня командиром, – вспылил Охотник.