Хуг обескураженно переводил взгляды с одного постного лица на другое, пока не решил:
– Выступаем первые. Девушки и светлейший за нами, Мидрир прикрывает тыл.
Выглянув за дверь и убедившись, что путь чист, они побежали за Николасом. Лучезарные наступали на пятки. Их гулкие шаги стучали в висках набатным боем. Лаяли собаки. Возле каждого дома приходилось останавливаться, осматриваться и прислушиваться. Голубые пятна аур разрастались и светились всё ярче, испуская повсюду лучи мыслечтения.
Хуг заставил всех прижаться к стене.
– Смотрите в оба. Они не могли далеко уйти! – получилось разобрать слова. – Эти дома стали приютом для сумеречных крыс. Давно пора их сжечь!
Командир Лучезарных швырнул факел в окно ближайшего строения. Дым защекотал ноздри.
– Жгите тут всё! Выкурим их!
– Но, мастер, сейчас слишком сухо. Ветер разнесёт огонь по другим кварталам, – робко возразил кто-то. – Мастер Харальдссон не одобрит!
– Его тут нет! Живо исполнять, а то получите по дюжине плетей! – кричал командир.
Хуг подхватил камень с мостовой и швырнул в противоположную сторону от нужной улицы.
– Эй, трусы-поджигатели! Спалите хоть весь город, но нас не поймаете! – раздался из темноты мальчишечий голос.
– За ним! Живее! – взревел командир.
Отряд сорвался с места, мостовая задрожала от топота.
Как только Лучезарные отдалились на почтительное расстояние, Николас выглянул из укрытия и поманил остальных за собой. В доме, куда угодил факел, занималось пламя. Горели трухлявые половые доски и изъеденные молью гардины. Нужное здание находилось по соседству. Рядом с ним старый разбитый колодец. Ни крыши, ни ворота с ведром не сохранилось – торчал только столб зубастой каменной кладки.
Николас бросил в колодец камень. Он гулко ударился об землю – воды внизу нет. Охотник прикрепил к краю кладки крюк с верёвкой и поманил остальных.
Первым полез Гвидион, за ним Риана и Герда, следом спустили мешки с вещами. Схватившись за верёвку, Мидрир лихо спрыгнул вниз.
Голубые ауры снова приближались. Николас пихнул Хуга плечом.
– Полезай!
– Я должен защищать вас!
– Нет времени спорить, – Охотник едва не сбросил его в колодец.
Сдавшись, Хуг споро полез вниз.
Николас развернулся к врагу и выровнял дыхание. Мгновение, едва заметный сполох ауры – весь резерв вылился в огромный ветросгусток. Со скоростью шквала он понёсся на Лучезарных. Разделился надвое. Одна половина густым потоком захлестнула дом, в котором бушевал пожар. Стена гудящего огня поднялась до небес. Вторая, дробясь на мелкие иглы, впилась в раскинутую сеть мыслечтения.
Раздались крики. Повреждённые пятна аур заметались, ища врага.
– Держать строй! – надрывал глотку командир.
– Вон те голодранцы! Вон! – отвечал ему кто-то.
– Они нас отвлекают! Туда, за ветроплавом, – отражался эхом от пустых домов приказ.
– Пожар! Пожар! Не пройдём! – вопили воины в переднем ряду.
Огонь подступал и перекидывался на соседние дома. Обдавало жаром, по лицу тёк пот, грохот и треск оглушал. Николас схватился за верёвку и прыгнул в колодец. Стены домов по соседству рухнули.
Глава 4. Город под городом
1572 г. от заселения Мунгарда, Ловонид, Авалор
Ноги ударились об дно колодца. Мидрир схватил Николаса за шиворот и втащил в тоннель. Сверху посыпались горящие доски. Поднатужившись, оборотень с Хугом затворили массивную каменную дверь. Из-под неё несло гарью. Снаружи ревело пламя и кричали Лучезарные.
– Ты жив! Мы так испугались! – Герда бросилась к Николасу на шею.
Из тоннеля веяло сыростью. В руке Рианы мерцал факел, освещая напряжённые лица товарищей.
– Что ты там сотворил? Лучезарные видели вход? – спросил Мидрир, когда Герда отстранилась.
– Раздул пламя, чтобы скрыть нас. Голубые Капюшоны ничего не разглядели, а верёвка сгорела, – объяснил Николас.
– Тут есть засов, – Хуг задвинул его поплотнее. – Снаружи не откроют. Тем более, дверь разглядеть непросто. Если бы ты не сказал, мы её не нашли бы.