– Прости, – спустя много времени пробормотал Олаф срывающимся голосом. – Ты ни в чём не виновата. Просто… не думал, что испытаю такую боль. Из меня как будто кусок вырвали. Морти… он стал мне дороже брата. Пускай это и неправильно.
Он сел рядом с ней и вгляделся в её лицо.
– Раз чувства подчиняются правилам? Порой они куда правдивей витающего в иллюзиях разума, – ответила она, заложив руки за голову.
Мерное раскачивание в гамаке успокаивало и прочищало мысли, пускай тревога и не отпускала из цепких когтей мелькариса.
– М-м-м?
– Морти поправится. Обязательно. Он из тех, кто будет зубами хвататься за жизнь и выкарабкается из любой напасти.
Герда протянула ему ладонь, и Олаф крепко сжал её.
* По мотивам песни «Папа Легба» Дэвида Бирне, исполняет группа «Talking Heads»
Глава 48. Страна Незабытых
1573 г. от заселения Мунгарда, южный берег Укаяли, Гундигард
Почему так жутко болят ноги? Как будто их переломали. Но мелькарис ведь только располосовал живот. Однако зверь оказался совсем не таким страшным, как про него рассказывали. Если бы можно было использовать ветроплав, Николас легко справился бы с ним. А так… всё, что не убивает, делает нас сильнее. Что-то он пристрастился к банальностям. Олаф прав, нужно думать своей головой.
Николас разлепил глаза. Что это за просторная комната? На каюту «Музыки» не похоже. Откуда здесь обитая бархатом мебель и драпировка стен из сверкающего атласа? Такую обстановку можно было представить в штабе Компании в Дюарле, но не в джунглях Гундигарда.
– Ты проснулся! – послышался от двери звонкий голос.
В комнату заглянул щуплый десятилетний мальчишка. Смольные кудри делали длинное скуластое лицо необычайно бледным. Глаза светились на нём, как озаряемое вспышками молний тучи. В строгом тёмно-зелёном костюме мальчик казался не по-детски аккуратным, даже педантичным. Как он похож на…
– А где Ойсин? – сорвались с губ Николаса чужие слова.
– Уехал. Отец хочет представить его перед орденом. Он ведь теперь полноправный Сумеречник… герой, – мальчик неловко отвёл взгляд.
– Отец не дождался, пока я очнусь? – его голос звучал очень сухо и надломлено.
– Долг службы прежде всего. В Эскендерии созывают Большой Совет на срочное заседание. Книжники будут показывать оракул трёх Норн, который изречёт волю Повелителей Стихий. Наверняка эти женщины совершенно неземные, как высшие ши!
– А Ойсин увидит…
– Эй, чего ты? Отец считает книжников шарлатанами. Он разоблачит их, и мы поймём, что ничего не потеряли.
– Кроме отца… Я провалил испытание и разочаровал его. А Ойсин справился. Отец сделает его наследником, а меня запрёт в Озёрном крае под присмотром пропахших плесенью стариков!
– Неправда! Отец места себе не находил, пока ты был при смерти. Нанял лучших целителей. Они живо поставят тебя на ноги! – мальчик неловко хлопнул его по колену. Тело пронзила острая боль. – Ой, прости!
Мальчик прижал ладони ко рту. Николас зашипел и откинул одеяло. Его глаза расширились от ужаса. От ног остались замотанные бинтами культи.
Нет! Не-е-ет! Это ещё хуже, чем лишиться дара. Он теперь калека, неспособный даже позаботиться о себе. Разум остался ясным, чтобы в полной мере познать унижение.
– Тебе больно? Я позову целителей! – мальчик уже направился к двери, но Николас остановил его.
– Не нужно, – он накрыл ноги одеялом, чтобы не видеть своего позора. – Помнишь, отец подарил мне на шестнадцатилетие родовой кинжал? Принеси мне его.
– Зачем? – насторожился мальчик.
– Помнишь мой праздник? Тогда отец мной гордился. Хочу вновь пережить этот светлый миг и ощутить поддержку отца, даже когда его нет рядом.
– Это ты здорово придумал! Я мигом! – простодушно обрадовался мальчик и сбегал за оружием. – Хочешь, покажу, чему я научился?
Николас безразлично кивнул, принимая из его ладоней кинжал с волнистым лезвием. Мыслями Николас был уже далеко, далеко от бренного и суетного мира.
– Смотри, я лечу!
Потешно расставив руки в стороны, мальчик воспарил в нескольких футах от пола.
– Здорово, правда? У тебя получится ещё лучше, я знаю. Ты можешь летать! Это куда веселее, чем ходить на двух неуклюжих подпорках. Все ещё будут завидовать и восхищаться тобой. Мы полетим вместе!