Совершенные законы, защищающие самых слабых, справедливые суды, перед которыми все равны, и собачьи приюты, которые окажут милосердие даже тем, кого обойдёт правосудие – всё это искупит его вину с торицей.
Несколько дней после Олаф приносил цветы на могилу Дружка, как будто исполнял обязанность. Делал то, чего от него ждали. А если бы не делал, то все узнали бы о его бесчувствии и поняли, что он не так уж хорош на самом деле. Не так уж хорош…
«Иногда необходимо пожертвовать кем-то или чем-то, чтобы избежать многих печалей», – упрямо повторял себе Олаф каждый раз, когда приходилось принимать трудные решения.
Нужно поступать разумно и расчётливо, ведь настоящих глубоких чувств в нём нет. Они похоронены на могиле Дружка за псарней Академии.
Лишь дважды Олаф снова чувствовал что-то светлое: когда увидел Морти в цирке и когда Герда звала на помощь в роще за Динас Эмрис. Почему? Что-то в них было важное. Что, он и сам не знал, но не хотел отпускать их обоих несмотря на то, что этим нарушал все свои правила. Если они узнают, что он не так уж хорош, всё будет кончено!
Нет, он бросил Дружка и потерял чувства не из-за лорда Веломри, в чём того обвинила бы Герда, а из-за разъедающей тьмы внутри. Она жила в нём всегда, она отталкивала от него людей. Даже Сесиль. Только лорд Веломри, Дружок и Герда с Морти её не замечали. До поры. Пока она не разрослась под влиянием демонова бездушника Идоу. Скрывать её от друзей больше не получалось. Именно поэтому они так часто стали смотреть на него с разочарованием.
От дурацкой курительной смеси его совсем развезло. Нужно взять себя в руки и действовать рационально. Олаф здесь единственный, кого учили, как избегать ловушек и какие цели ставить. Морти при всей его удали план спасения придумать не способен. Если бы его поставили во главе войска, то он провалил бы кампанию, поддавшись риску и нетерпению. А ещё он не умел жертвовать кем-то или чем-то, чтобы избежать многих печалей.
Посему их жизни зависят от одного Олафа. Если ради спасения придётся бросить матросов, он это сделает, пускай даже друзья поймут, что он не так уж хорош. Это будет его самой большой жертвой.
– Нет, должен быть весёлый! – заметив его смурной вид, Вицли-Пуцли пихнул Олафа в плечо. – Я быть хороший вождь, заботливый и справедливый. Устроить завтра праздник. Женщины танцевать, мужчины играть, дети смеяться. Быть очень весёлый!
Веселье по чужой указке – это так похоже на «хорошего вождя». Впрочем, что взять с дикарей?
– Очень любезно с вашей стороны. Мы как раз изучим правила и зададим вопросы, если они возникнут, – старательно скрывая неприязнь, ответил Олаф. – Это все испытания?
– Нет. Последний быть самый сложный. Провести ночь в Мрак. Волны ужасный гул постоянный. Вызывать кошмары. Худший страхи и пороки мучить вас.
– Во Мраке?! Но ведь он может их поглотить! – переполошилась Герда.
– Да, он отравлять, соблазнять и делать безумный, – энергично закивал Вицли-Пуцли. – Если вы проиграть, то Камасоц, огромный летучий мышь, отрезать ваш головы и повесить на горлянковый дерево. Там висеть голова похищенный Сокол, пока Пернатый змей и Сова спасать его.
Олаф невольно почесал шею. Впрочем, разве может Мрак поразить того, в ком и так живёт тьма?
– Как этого избежать?
– Я не знать. Для каждый свой путь. Мы задавать вопросы и отыскать ответ. Он быть самый ценный и правильный, – объяснил Вицли-Пуцли. – Если вы победить, то возвращаться сильные.
– Расскажите ещё что-нибудь. Про Пернатого змея и Сову, – снова подал голос Морти.
Его так волнуют истории о Пернатом змее, потому что Идоу постоянно сравнивал Морти с легендарным героем? Хм, может, в подробном рассказе обнаружатся полезные детали.
– А вы не знать? Пернатый змей увести люди на запад и быть ваш великий вождь, – удивился тот.
– Мы хорошо знаем, что было после исхода из Гундигарда, но мало помним, что было до. Вы гораздо ближе к истокам, чем мы, – пришла на помощь Герда.
– Для такой разговор нужно больше очищающий дым, – Вицли-Пуцли испустил из трубки облачко и с шумом его вдохнул, а потом передал её Олафу.