Вряд ли они знали Кодекс, но речь их отрезвила.
– Гейрт и Мойес придумают, как отвлечь охрану. От Хуга требуется, чтобы на Левегар основные силы Лучезарных оставались в городе, – продолжил он, не давая им продолжить перепалку.
– У нас всё готово! – отрапортовал Хуг.
– Хорошо. Завтра вплотную займёмся завалами. Можете быть свободны, – велел Николас.
Присутствующие неловко переглянулись.
– Ты точно выдержишь? – подозрительно спросил Джодок. – Если свалишься в припадке в разгар миссии, то мы всё провалим. Другого шанса на успех у нас не будет.
– Точно. Того, что вызвало припадок, больше не случится. А если случится, то даю приказ добить меня и уносить ноги.
– Но… – встрял Мидрир.
Николас упреждающе поднял руку:
– Это необходимая мера. Таково моё решение, как командира. Ступайте!
В комнате остались только друзья, остальные разошлись по выбранным кельям и залам. За полог заглянула Герда и прижалась к Николасу, вслушиваясь в ровный ритм его сердца. Стало намного спокойнее. Вот бы во всём мире существовали только они одни. И не было ни войны, ни болезни, вообще ничего, что могло их разлучить.
– Всё хорошо? Ты ведь поправишься? – шёпотом спрашивала она.
Огромные серые глаза заглядывали прямо в душу. Как же Герда похожа на своего деда, врать которому не мог никто во всём Мунгарде. Но сейчас сказать правду было немыслимо. Она бросится утешать его и уговаривать на чудовищную операцию, заверяя, что будет заботиться о нём, что бы ни случилось. Если восхищение в её взгляде заменит жалость, это убьёт его куда быстрее, чем сжимающая виски болезнь.
– Конечно! Отосплюсь и буду, как новенький, – он погладил её по щеке. – Прости, что напугал.
Риана с Гвидионом посмотрели на него с укором. Игнорируя их, Николас усадил Герду рядом с собой.
– А сама как?
– Испугалась немного. Гилли Ду остался под обвалом. Я про него совсем забыла. Как думаешь, он выжил? – ответила она.
– Я почти ничего не помню, но очень надеюсь снова увидеть его хитрую морду, – Николас слабо улыбнулся.
– Завтра мы с Рианой выдвинемся к Динаc Эмрис, чтобы попасть в Хрустальный грот в канун Левегара. Пускай Герда пойдёт с нами, – прервал их разговор Гвидион. – Если она понравится духу, то будет легче его уговорить.
– Точно справитесь без нас? – выгнула бровь Риана, глядя на брата.
– Прослежу, как и всегда. Ты же знаешь, – заверил её Мидрир.
– Поэтому и беспокоюсь.
– А теперь выйдите все. Мне нужно сказать пару слов моему ученику, – вернул себе всеобщее внимание Гвидион.
– Что, опять? – покривился Мидрир, но спорить не стал. Знал, что бесполезно.
Друзья покорно оставили их наедине.
– А теперь рассказывай, что спровоцировало приступ, – сразу же перешёл к делу Гвидион. – Никогда не поверю, что это просто обвал, которого здесь никто не почувствовал. Что Герда прощупывала в этих тоннелях, что ты такого тайного так искал, что отказался брать с собой наших людей? Или ты слишком ослаб, чтобы отвечать? Тогда я, пожалуй, спрошу у неё.
– Не стоит её беспокоить. Вряд ли Герда что-то вспомнил, – остановил его Николас и нехотя сознался: – Нашёл на дедовской карте источник Норн. Хотел проверить.
– И? – нетерпеливо выгнул бровь Гвидион. – Что они сказали?
– Ничего из того, что не говорили мне вы… – горько усмехнулся Николас, удивляясь, откуда берутся силы ёрничать. – Требовали, чтобы я освободил их. Насылали жуткие видения.
– Пророчицы или богини?
– Думаю, богини. Я видел их лица на потолке.
– А что за видения?
– Как будто весь мир требует моей помощи. От самой мелкой букашки, до последнего человека и даже демона. Многоголосый хор ввинчивается в уши, тысячи рук рвут на части, каждая в свою сторону. А я один и всем помочь не успеваю, даже малой части страждущих ответить не могу. Что бы это могло значить?
– Не знаю, – пожал плечами Гвидион.
– Как так?
Он усмехнулся на манер Николаса.
– А вот так. Представь, что даже у твоего старого наставника нет ответов на все вопросы. И он точно так же может ошибиться, желая тебе добра. Пора бы тебе уже повзрослеть и перестать верить во всемогущих и всезнающих взрослых.